– Надо еще раз спуститься в подвал и поговорить с ним. Ну он хоть что-нибудь говорит? – не могла успокоиться Юлька.
– Он говорит, что его зовут Тим.
– Как?
– Тим.
– Он что, совсем спятил? Ты же говорила, что его зовут Макс.
– Раньше он мне говорил то же самое.
– Это становится даже интересным.
– Ладно, сейчас не до него. С ним придется обстоятельно побеседовать. – Я тяжело вздохнула. Перед глазами стоял Бульдог с простреленным плечом, я как будто вновь почувствовала его горячие и страстные поцелуи. От этих мыслей по щекам потекли слезы, и я поняла, что будет лучше гнать их прочь.
Неожиданно зазвонил внутренний телефон. Это был Жорик. Я поздоровалась и пообещала спуститься через пятнадцать минут.
– Ты куда? – поинтересовалась Юлька.
– Сейчас в косметический салон и парикмахерскую.
Нужно привести себя в порядок. В обед у меня встреча с Шахом. Приедет Гарик – пусть меня ждет. Нам необходимо проработать все ключевые моменты встречи.
– Чупа, а может, я с тобой?
– Куда?
– Ну, в парикмахерскую. Я бы хотела волосы нарастить.
Не могу же я ходить в таком виде.
– Радость моя, послушай: волосы можно наращивать только в том случае, если длина твоих собственных волос не меньше десяти сантиметров – иначе им просто не на чем будет держаться. С таким ежиком, как у тебя, надо пересидеть. Потерпи немного – скоро у тебя вырастут свои.
Я достала из комода свою любимую воздушную косынку и повязала Юльке на голову. Затем улыбнулась и чмокнула ее в лоб.
– Совсем другое дело. Ходи пока так – тебе даже идет.
Косынка и очки. Кстати, а ты чем собираешься сегодня заниматься?
– Буду рисовать. Гарик купил мне с десяток альбомов и целую гору простых карандашей.
– Ну вот и хорошо.
Я оставила Юльку досыпать и спустилась к Жорику.
Жорик выглядел великолепно. От бурной ночи не осталось и следа.
– Как дела? – улыбнулся он.
– Лучше просто и не может быть.
– Как наш заключенный?
– На отдыхе.
Посетив парикмахерскую, я заехала в салон женской одежды на Невском проспекте, решив побаловать себя каким-нибудь новым нарядом.
Обнаружив на вешалке стильный костюмчик абрикосового цвета, я пришла в состояние крайнего возбуждения, поняв, что именно такой необходим моей израненной душе для вывода ее из состояния, близкого к депрессии. Поставив Жорика рядом с примерочной кабиной, я натянула на себя это чудо. С восхищением посмотрев на себя в зеркало, я удовлетворенно присвистнула. Это то, что мне надо. Вещи – как люди. Если они нам не нравятся, мы стараемся их избегать.