Но кому это понадобилось?
Интересно, знают ли Кабал о том, что здесь творится?
У меня не было ответов ни на один из этих вопросов. Уже темнело, и мое сознание тоже погружалось во тьму. Меня душило отчаянье.
Заметив какое-то цилиндрическое строение, я решила сделать перерыв и поставила чемоданчик на землю. Распахнула его и выпустила питона. Он тут же пополз прочь."
"Я смотрела ему вслед и хотела, чтобы он поскорее исчез из виду. Но что-то заставило меня двинуться вслед за ним к дверям какого-то трактира.
— Вернись! — крикнула я махнув рукой.
И удав тут же обвился вокруг нее.
Я снова стряхнула его в свой чемоданчик и прошептала:
— Тебе здесь не место. Как и мне.
Потом от нечего делать зашла в трактир. Заказала бутылку виски с содовой и сказала, что мне нужен ночлег.
— Номер за отдельную плату, — ответил бармен.
Я протянула ему шерсть Неудачника.
Он высыпал ее в анализатор, потом одобрительно кивнул и сказал:
— Но только на одну ночь.
— Этого вполне достаточно, — согласилась я и двинулась сквозь толпу.
У меня возникло странное ощущение, будто посетители касаются меня, но, в то же время, не дотрагиваются. По помещению пробежал шепоток. Все глядели на меня с подозрением.
Наверное, у меня начинался психоз. Все знали, что я чужая, и это совершенно выбивало меня из колеи.
Наконец, приложив отчаянные усилия, я все же выбралась из толпы и направилась к своему номеру.
* * *Осушив половину бутылки, я заснула, а проснулась через несколько часов, где-то около полуночи. Во рту пересохло, и настроение отнюдь не улучшилось.
Я приоткрыла дверь номера и огляделась по сторонам. Большинство посетителей сидело за столиками, остальные толпились у дверей и возле стойки.
У меня закружилась голова.
Я заметила, что питон растянулся на стойке. Его брюхо вздулось — кажется, там находилась здоровенная крыса. А может быть, карлик.
Или часть человеческого тела.
Какое-то смутное предчувствие заставило меня взглянуть на свой чемоданчик. Он оказался распахнутым, и вещи выпали на пол. Мои руки невольно потянулись к кобурам.
Они были пусты.
Я проверила запястье. Браслет тоже исчез. Как и иголки.
Ну а ножи на поясе? Да, они остались нетронутыми. Кинжал Кабал и нож гурков больно вдавились мне в живот. Кажется, я спала на них.
Я крепко сжала большой нож, как вдруг на глаза мне попалась какая-то фигура.
Я быстро нырнула за дверь, оставив лишь щель.
В дальнем конце зала стояла Лиза Тулу и оглядывала толпу. На ней был все тот же шейный платок и сапоги.
