– В первый раз об этом слышу. Когда Ромашин вел эти дела, ничего подобного не было. Потом Воробьев взялся за убийства, но вы подозреваемой не были. Дело в том, что ваш муж был не просто задушен, у него были сломаны шейные позвонки, а такое усилие женщине не под силу. Я думаю, что Воробьев просто вас пугал. Вы вспомните, может быть, вы сами начали разговор про свидетеля? По крайней мере, в деле такого нет…
Я нахмурилась, силясь вспомнить.
– Да, точно, я его не дослушала и сама все рассказала. Идиотка! Но почему Олег пришел именно ко мне?
– А к кому он должен был прийти? У вас тогда была известность и деньги, вы до смерти боялись скандала и публикаций в прессе.
Да и история с изменой вашего мужа и сестры была вам не на руку. В принципе, Воробьев рассчитал все правильно, даже не зная, что вы спрятали труп сестры, он, видимо, инстинктивно чувствовал, что вы чего-то не договариваете.
– А кто его убил? – Я ухмыльнулась. – Представляете, я сначала решила, что его тоже убил Радик!
– Нет, они не имеют к Воробьеву никакого отношения.
Воробьев шантажировал не только вас, за что и поплатился. К сожалению, большего я рассказать не могу.
– А я и не хочу знать. Александр, я хочу все забыть как страшный сон.
– Ну, – мужчина улыбнулся, – забыть пока не получится, все-таки вы наш главный свидетель! А пока – до свидания!
– Как бы я хотела сказать вам прощайте! – Я вздохнула.
Едва я вышла на улицу, как тут же позвонила Павлу на сотовый.
– Ты что, знал, что я банкрот?
– Естественно, еще позавчера.
– Павел говорил сухо и отрывисто. – Что ты хотела?
– Поужинать, – пролепетала я, пораженная его тоном.
– Я перезвоню – буркнул Павел. – Ну, пока!
– Пока! Я никогда не пойму этих мужчин! – с горечью воскликнула я и топнула ногой. – Просто ходячие ребусы!
И я пошла к станции метро, не зная, что мне сейчас делать – плакать или смеяться.
– Я только что потеряла тридцать семь миллионов долларов! – вслух произнесла я, чтобы почувствовать всю горечь утраты. Но не почувствовала и улыбнулась.
– Подумать только, бешеные деньги… и могли бы быть моими!
Но в данный момент мои мысли больше занимал Павел, чем ускользнувшее наследство.
– Может, мне с ним поговорить откровенно? – рассуждала я вслух, спускаясь в метро. – Чего он хочет?
Я резко развернулась и подошла к другой платформе, я передумала ехать на работу, я прямо сейчас поеду к Павлу.
Но меня даже не пустили внутрь здания, где располагалась нефтяная компания с громким именем.
