Именно Берни первым разработал его, основываясь, как она знала, на принадлежностях, которые выдавали в Департаменте уголовного розыска Скотленд-Ярда. Его набор включал меньше предметов, но самое главное там было: конверты и щипчики для сбора образцов, пудра для снятия отпечатков пальцев, фотоаппарат «Полароид», фонарь, тонкие резиновые перчатки, увеличительное стекло, ножницы и крепкий перочинный нож, жестяная банка с пластилином для снятия слепков ключей и пробирки с крышками для образцов крови. Берни подчеркивал, что в идеале в них должен содержаться консервант и вещество, препятствующее свертыванию, но ни то ни другое не понадобилось ей ни разу.
Спасение потерявшихся котов, преследование заблудших супругов, поиски сбежавших подростков требовали настойчивости, здоровых ног, удобной обуви и бесконечного такта, а не эзотерических познаний, которыми Берни так нравилось с ней делиться. Этим он компенсировал свои профессиональные неудачи во время работы в полиции, когда ему приходилось устраивать долгие летние засады в Эппингском лесу, чтобы выследить преступника и собрать доказательства.
Иногда слежка сопровождалась схваткой и даже перестрелкой. Через детективное агентство Прайда он пытался воссоздать для себя затерянный иерархический и завораживающий мир Скотленд-Ярда.
С тех пор как умер Берни, Корделия внесла в набор всего несколько изменений, расставшись с первоначальным чемоданчиком и заменив его тканевой сумкой с длинным ремнем и внутренними карманами, которую купила в магазине, где продавали старое армейское оборудование и экипировку.
А после своего первого расследования она включила в набор еще одну вещь – длинный кожаный ремень с пряжкой, тот самый, на котором повесили жертву. У нее не было желания вспоминать о деле, которое казалось таким многообещающим, а закончилось трагически, оставив в ее душе тяжелый груз вины. Но ремень однажды спас ей жизнь и стал для нее своего рода талисманом, хоть она и говорила себе, что включила его в набор лишь потому, что длинный кусок крепкой кожи всегда пригодится.
Наконец Корделия взяла папку из манильской бумаги, написала на ней большими буквами «КЛАРИССА ЛАЙЛ» и стала разбирать письма по порядку. Ей всегда казалось, что это самая приятная часть расследования – момент надежды, приправленный предвкушением. Девственно-чистая папка и четкие буквы сами по себе символизировали новое начинание. Она просмотрела блокнот, прежде чем положить его в папку.
