Целый год обивал пороги, но так и не получилось ничего вернуть.
Это ждет и меня?
О чем бы думаешь, сука? Ты же все правильно сделал, забыл?
Ага.
Не забыл.
Криво усмехаюсь и снова смотрю на свои не-те макароны, грибы и несуразную подливу. Все таки Полька моя готовила лучше. Даже свои дебильные, слишком заумные блюда для обычного ужина. Она готовила их лучше.
Как ты там? Плачешь? Страдаешь? Хотя бы в душе. Или в темноте, когда никто не видит? Или тебе все так же насрать на все, кроме своего итальянского сервиза, чтоб его черти в аду во все щели имели, а?
Тишину кухни нарушает внезапный взрыв громкой музыки.
А ты... По барам, в пьяном угаре
Что же ты парень, снова вспоминаешь о том
Как мы гуляли по тротуарам, мокрым и старым
Утром под дождём босиком
Где-то я слышал эту песню. Кажется, ее пару лет назад крутили из каждого утюга. Но это девчачья музыка явно. Почему она у Егора? А она же у Егора в профиле звучит, да?
Ну, разумеется, у него. У Полины нет социальных сетей.
Или уже есть?
Что-то мне это совсем не нравится.
Ерзаю на стуле, смотрю на восхищенное лицо Марка, который внезапно бесит меня до красных мушек.
Чего он лыбится, как придурок?!
— Обалдеть! — наконец говорит он, — А чего ты не сказал, что Вита в городе?
Резко перевожу все внимание на сына. Он выглядит растерянным и хмурым. Прям, как я сейчас.
Значит, тоже не знал.
Но это меня волновать перестает достаточно быстро.
Вита. Вот что теперь волнует гораздо больше.
Твою ма-а-ать…! Дикая сестрица моей жены, которая вечно подбивает ее на подвиги.
Сейчас. Это карма, да? Я боюсь представить, что она устроит…
— Ой, у них там, похоже, вечеринка! — продолжает накидывать Марк, на мгновение застывает, глядя Тиму в глаза, а потом так же быстро отмирает и утыкается в телефон, — Ты ж не против, если я позвоню твоей маме? Идеально все так совпало, я не могу…
Понять, о чем этот черт из табакерки бормочет, я не успеваю. Тишину разбивает первый гудок, а на второй…у меня сердце моментально поджимается и перестает биться.
Потому что я слышу голос Полины.
И не тот замороженный. Нет. Веселый и живой…как раньше...
— Да, Марк?
— Полина, приветствую! — важничает он, — Я сразу к делу перейду, ничего?
Она издает тихий смешок.
На заднем фоне слышна все та же странная музыка, а еще какие-то крики.
Мне это не нравится еще больше. На горло начинает давить. Я по привычке хочу поправить галстук и вспоминаю, что у меня его уже нет, когда касаюсь голой шеи.
Придурок.
