Что в маске больше нет необходимости, да и, даже если бы я сильно захотела, удержать себя уже не смогу.
Я люблю свою сестру и знаю, что она любит меня. Настолько сильно, что никогда-никогда не предаст и не обидит. Она защищает меня остервенело, и это взаимно. У нас особая связь. У моих мальчиков она тоже особая, но они близнецы. Они были вместе с самого зарождения, поэтому это понятно. У нас же связь похожая, несмотря на три года разницы.
Ее и нет будто вовсе.
С ней я никогда не притворяюсь.
Закрываю лицо руками и плачу, слышу, как Вита тихо ставит бокалы на столик и подходит ко мне, а потом чувствую, как она меня обнимает и шепчет.
— Ну-ка…давай. Поплачь. Поплачь, не держи в себе. Не надо.
Чувствую, что она пару раз машет рукой и шипит:
— Иди. Потом, все потом. Иди!
Егор уходит. А Витка сильнее меня обнимает и ничего не говорит. За что я бесконечно благодарна ей…
«Шпионские игры»
Полина
— …Ну вот…собственно так."
"Выложив всю свою долгую, слезливую драму, я стала чувствовать себя легче.
Как будто гирю сбросила с души, и недаром говорят: исповедь вообще облегчает сердце и разум.
Вот со мной так же.
У меня будто разом тело стало на сто килограмм легче. Мозг воздушней, а в сердце больше не пляшут черти.
Я шумно выдыхаю и прикрываю глаза.
Тишина. И свобода.
Хорошо…
— Дела-а-а… — тихо тянет Вита, подкидывая небольшой мячик в воздух, — Я такого точно не ожидала, когда паковала вещички, иначе притащила бы тебе не платья, а побольше игристого.
Издаю тихий смешок и снова выдыхаю.
Кожу у глаз неприятно стянуло, начало щипать. Надо бы сделать маску какую-нибудь…охлаждающую, а то завтра буду выглядеть, как старый, вяленый помидор, но сил вставать нет.
Мы лежим с Витой на нашей постели. Ноги на стене, смотрим в потолок. Что сказать? А нечего говорить. Что тут скажешь? Когда твой муж за одну секунду, вдруг стал полным мудаком из, казалось бы, вполне нормального мужчины.
Хотя тут я лукавлю. Не за мгновение это произошло, просто я не заметила, когда все стало меняться.
— Я упустила момент… — говорю тихо, Вита резко переводит на меня взгляд.
— О чем ты?
— О мгновении, когда я начала его терять. Это ведь не происходит по щелчку пальцев. Не бывает так, понимаешь? Чтобы он вдруг проснулся и стал…таким жестоким, беспринципным ублюдком, Вит. А я не заметила…
— Только давай себя винить начни, ага? Самое правильное, что ты можешь сейчас сделать, — кивает с сарказмом, но я тихо вздыхаю и мотаю головой.
