В конце месяца собираемся с подругой в Питер, погулять по Петергофу. Ты ее, наверное, помнишь. Меня ты называл Мэнкс, а ее Рыжик из-за веснушек на лице…»
Написав еще несколько предложений, я попрощалась, сложила лист и засунула в приготовленный конверт. Уже хотела заклеить, когда немного подумав, вложила в конверт свою фотографию сделанную месяц назад…
******* ********
Демид
— Гром, я войду? — заглянул в кабинет Майков.
Кивнул. Затушил недокуренную сигарету. Второй год, как появилась эта привычка. Говорю себе, что избавлюсь в любой момент, а нет, тянет.
Выбрасывают полную пачку в мусорную корзину. Хватит травить организм.
— Привез?
— Да, — проходит в кабинет, кладет белый конверт на стол. – Я пойду?
Киваю на дверь. Он выходит, а я не спешу открывать конверт.
Несколько часов сверлил мониторы пустым взглядом, пока ждал Сергея. И ведь так каждый раз. Стоит отправить Серого в поселок и накрывает меня. Пока не положит письмо на стол, я как бомба замедленного действия. А если Янка ничего не написала, то могу взорваться.
В Подольск отправляю, чтобы проверили, что с ней все хорошо. За шесть лет это стало зависимостью — знать, что она здорова и в безопасности.
Я на похороны невесты не пошел, сидел возле нее в реанимации. Она ведь одна совсем была. С врачами сцепился, они боялись меня выставить за дверь, да и полицию не вызвали, вошли в положение, видели, как мне хреново.
О предательстве Жени я узнал от «добрых» людей. Два дня глушил злость водкой, а потом отпустило.
Умерло все внутри, башка только болела. Нахрена поперся на свадьбу? Спасибо мужику сказать, что от дерьма избавил. Поздравить невесту хотел, даже розы белые купил. Вышел из машины, а там Янка, как побитая грустная собака стоит и своими большими глазами смотрит. Столько сожаления и раскаяния было на ее лице, будто она меня предала. Не ту сестру я выбрал… накрыло меня на пару секунд. «Маленькая она еще» - запретил себе думать о ней, причем не в первый раз.
Мое появление вызвало панику среди гостей.
Яну грубо запихали в машину, которая тут же рванула с места. Екатерина Юрьевна, словно обезумившая вцепилась в куртку и повисла на мне. Что-то кричала, угрожала. Пришлось жестко отпихнуть.
Издалека уже видел, что аварии не избежать. Стремное чувство, когда ты не можешь предотвратить трагедию, приходится наблюдать и кричать богу, чтобы уберег… Он уберег ту, за которую я в тот момент просил. О Жене даже не подумал, хотя она не заслуживала смерти.
