Устав ходить присаживались на скамейки, недолго отдыхали и отправлялись дальше. Прежде чем вернуться в отель, зашли в кафе поесть мороженого. На самом деле мы были очень голодны, но полноценный ужин в кафе позволить себе не могли, лучше купим что-нибудь в продуктовом магазине и поедим в номере.
И вот опять я ощутила на себе чей-то взгляд, морозец побежал по коже. Незаметно осмотревшись, поймала взгляд какого-то китайца, он мне улыбался и даже махнул рукой.
Янка, ты сходишь с ума...
Вернувшись в номер, решили лечь спать пораньше, чтобы завтра продолжить свое путешествие.
В планах посетить Эрмитаж и Казанский собор. Залив лапшу быстрого приготовления кипятком, невкусно поужинали. Приняли душ и легли спать. Я думала, что Лида будет болтать до утра, но она уснула первой. Мы сегодня устали…
******* ********
Я не знаю, что меня разбудило. Резко открыв глаза, оглядела комнату. Все тихо. Дверь на балкон закрыта, лишь занавеска колышется. Из приоткрытой форточки дул ветер, он и заставлял ткань шевелиться.
На улице светло, но мои внутренние часы знают, что еще очень рано.
Взяв в руки телефон, убеждаюсь, что за окном глубокая ночь – начало четвертого утра. Полежав немного, я попробовала уснуть, не получается. Не люблю такие пробуждения – откроешь глаза и все, больше не уснуть. Встаю с кровати, подхожу к окну. Тихо, город спит. Солнце еще не вышло из-за горизонта, но его золотистые лучи уже окрашивают небо.
Меня тянет выйти на балкон, но я мешкаю, чего-то опасаюсь. Почему-то сердце бешено стучит в груди, будто там опасность.
Этого всего лишь нелепый страх, напоминаю себе, но не открываю дверь. Какое-то время наблюдаю через занавеску, чтобы убедиться соседа на балконе нет.
Решаюсь. Тихо открываю дверь, тяну створку на себя. Прохладный свежий воздух бьет в лицо. Прикрываю в глаза и вдыхаю полной грудью. Шаг. Останавливаюсь у перил. Запах табака? Боковым зрением замечаю сизую струйку, которая быстро тает, не коснувшись моего лица. Резко оборачиваюсь...
— Привет, Мэнкс…
Недокуренная сигарета выпадает из его пальцев и опускается на пол.
Краешком сознания отмечаю, что Громов курит, а ведь терпеть этого не мог, Женьки не позволял к сигаретам притрагиваться, хотя она продолжала украдкой дымить.
Сердце пропускает удар. Нет, оно совсем перестало биться. Почему я еще стою, если мое сердце остановилось? Во рту пересохло, я не могу ни слова сказать, ни двинуться. Меня будто парализовало. Всего миг, а ощущение, словно мы на балконе стоим целую вечность.
