Недостижимый эталон для меня в части двух последних пунктов.
Сегодня у неё юбилей, кстати, ровно пятьдесят. Ещё и поэтому, а не только из-за скорого Нового года, в офисе витает дух мандаринов, праздника и непременного исполнения желаний…
— Что?! — прорычала я в ответ на призывный вопль своей приятельницы. Вообще-то, я шла в лобби выпить кофе и подумать о своей драматичной судьбе.
— Лада, киса моя любимая, спасай! Спустись на первый этаж на ресепшен — курьер из цветочного позвонил, что, наконец, добрался до нас.
На полтора часа опоздал, уродец! Забери у него цветочки, а? А то мне от приёмной не оторваться.
Я тяжело, чтобы подруга осознала всю грандиозность моей жертвы, вздохнула.
— Только забрать, и всё?
— Только забрать! Только бегом, Ладушка! Бегом, бегом! Хватай цветуёчки и сразу мне неси! — Настасья толкнула меня в спину, так что я рыбкой нырнула в кабину подоспевшего лифта. Собственноручно нажала на кнопку первого этажа, помахала мне и проорала в щель между закрывающихся дверей:
— Как можно быстрее тащи цветы сюда! Вопрос жизни и смерти!
Пока лифт неспешно полз с двадцать пятого на первый, я успела вдоволь полюбоваться на своё отражение в зеркальной стене.
В районе двадцатого этажа порадоваться недавно обретённому и очень мне идущему цвету волос.
На пятнадцатом решить, что не так уж всё и плохо, несмотря на двадцать восьмое декабря.
На двенадцатом снова впасть в глубокую печаль и даже пару раз всхлипнуть.
На восьмом мысленно вернуться к тому, что напророчила мне Клара Никитична не далее как сегодня утром.
Клара Никитична — это моя квартирная хозяйка, у которой я снимаю комнату в огромной квартире в историческом доме в районе Лиговки.
Полтора года назад я искала жильё, чтобы недорого и в центре. Клара искала жиличку в «дальнюю» комнату, «славную девушку без пагубных привычек». В этой точке мы и встретились.
С тех пор и живём душа в душу, не нарадуясь своей взаимной удаче.
— Ох, Ладуся. Быть тебе сегодня на седьмом небе в компании ангелочка. Только почему-то с бородой, — сообщила Клара, едва я утром появилась на пороге кухни.
Сама она сидела за кухонным столом. Сдвинув к кончику носа очки в золотой оправе и попыхивая душистой сигареткой в длинном мундштуке, раскладывала карты.
Хмуро поджимала губы и что-то бубнила, глядя на то, как Дама пик ложится под Короля червей. Или девятка треф под семёрку бубен.
