А Васька Петров, говорил, что ты с ним советовалась, жаловалась, что житья тебе нет, и еще немного и Тая меня у тебя уведет.
Прикладываю руку ко лбу. Запрокидываю голову вверх. Амир реально в это верит.
- С Васькой я действительно общалась, он мне как раз плакался о своей неразделенной любви к Тае. Я с трудом от него отделалась, прилип как липучка. И я, кстати, потом тебе наш разговор пересказала. В стакане я размешивала таблетку от головной боли. Васька, мне ее и дал. Жутко тогда голова разболелась, в глазах двоилось.
А я ведь ничего на выпускном не пила. Потом действительно я видела Таю, она зачем-то у меня стакан выхватила из рук. А я пугливо ушла, чтобы не нарываться, тебя поблизости не было, а я одна опасалась Таю и ее компашку, - снова падаю в кресло. – Зачем я тебе все это рассказываю. Будто оправдываюсь…
- А меня наш физрук отозвал на улицу, какую-то муть мне втирал. И я никак от него отделаться не мог. Так к тебе хотел, постоянно думал, - протягивает задумчиво Амир. – Только в итоге Таю в больницу забрали.
И улики на тебя у них были. Мой отец был под колпаком у проверок, а Фролов стал мне угрожать, что отца и тебя посадят, если я не соглашусь на его условия. И мать еще масла в огонь подливала, тогда я еще был уверен, что она любит нас с отцом.
Глава 43
Амир
Рассказываю Милане правду, и сам понимаю, как спустя годы это жалко звучит. Теперь мои же действия кажутся мне до жути идиотскими.
А тогда, чего греха таить, испугался, растерялся.
Фролов в красках расписал, что за покушение на свою дочь, он от Милы мокрого места не оставит.
Он сыпал доказательствами, отпечатки пальцев, фото моей возлюбленной со стаканом, потом Тая пьет, и вот она в больнице. Ее едва откачали.
Покушение на убийство на фоне ревности. Фролов обещал ее засадить. Тоже самое он намеревался сделать и с моим отцом. Мать металась по дому и плакала, что с нами расправятся.
- Амир, если Остап посадит твою девушку, то ты никак ей не поможешь. И думаю, сколько бы ей ни дали, из тюрьмы она больше не выйдет, - заламывала руки и выла мама.
А потом словно в подтверждение своих слов Фролов посадил моего отца. Его пока просто задержали. Но обвинения в финансовых махинациях светили серьезные.
Мать еще сильнее рыдала, говорила, что следом и мы пойдем. Фролов никого не пожалеет. Умоляла меня сделать все, что говорит Фролов.
И я поддался. Моральное давление было слишком сильным. Я сломался тогда впервые, не подозревая, сколько еще раз меня будут ломать.
