- Пап, я не могу постоянно сидеть! Посмотри на мои ноги! – задирает юбку, немного выше колен. – Они как спички, мышц нет, дряблая кожа и кости! Мне ходить сложно. А их же тренировать надо! - Тая оправдывается, шмыгает носом и плачет.
Ей так страшно на себя смотреть. Она уже и не женщина вовсе. Если за лицом еще получается следить, то в остальном, как она может вызвать интерес у мужчины? Не говоря уже об Амире, который никогда на нее как на женщину и не смотрел."
"Он жалел ее в больнице, чувствовал свою вину, и тогда Тая поверила, что все у них сложится.
Сначала чувство вины, а потом любовь.
Врачи тогда давали жуткие прогнозы, говорили, что она никогда ходить не сможет. И она была согласна даже на это, лишь бы ее Амирчик был рядом с ней всегда.
Было дико больно после того падения. Но он был рядом, любить не взаимно Амира было куда больнее. А болезнь позволяла держать его рядом. Но и свадьбы бы не случилось, если бы не Альбина. Тогда она помогла исполниться заветной мечте Таи.
Ее волшебница Альбина!
Возвращайся скорее! Мне без тебя так плохо! Мысленно повторяет как заклинание.
Без нее Тая чувствует себя брошенной и одинокой.
- Тренировать? Совсем рехнулась? – Остап с презрением разглядывает ноги дочери. – Села быстро в кресло. Или я реально попрошу пацанов исправить оплошность. Ты мне инвалидкой нужна. Закончили базар.
- Пап! Как ты можешь так! – хнычет Тая. – Еще в такой момент, когда ты мне нужен! – протягивает к нему дрожащую руку.
Она смогла сделать первые шаги в то время, когда отец стал требовать внука и остро встал вопрос, сможет ли Тая родить или надо искать суррогатную мать.
Тогда Тая никому не сказала о случившемся чуде. Амир мог ее бросить, или совсем не появляться дома. Не факт, что рычаги отца удержали бы мужа подле нее.
Рожать она тоже не хотела. Впрочем, как и орущего ребенка в доме. Но отцу нужен наследник, а для Амира ребенок – это еще один якорь.
Потому сцепив зубы, Тая согласилась на суррогатную мать, а про свое выздоровление молчала.
Но через год отец ее раскрыл. Дал пощечину, сильно отругал за вранье и приказал и дальше скрывать.
А это было очень сложно. Она молодая женщина, хотела ходить, двигаться, встречаться с подругами, но вынуждена была и дальше просиживать жизнь в ненавистном кресле.
- Могу еще хуже. Тая, какая же ты жалкая, - отталкивает ее руку и снова сплевывает ей под ноги.
Глава 50
- Кто меня такой сделал?! Папа, за что ты так со мной! – она закрывает лицо руками.
