Моя вина во всей этой ситуации тоже есть.
- Нет, нету…
- Поверь мне, есть. Но это уже неважно.
- Спасибо, Николай Петрович.
- Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь снова с нами общаться. А если нет? Что ж. Знай, что мы с Ниной тебя всегда будем любить и ждать. Понадобится помощь? Тебе? Парням? Обращайся.
Я собираюсь в кучу.
Если бы кто-то знал, как это сложно…Наверно, нет в этом мире ничего более тяжелого, чем слова, которые я заставляю себя сказать.
- Пожалуйста, поговорите с ним. Попросите…меня отпустить.
Пожалуйста…"
"Свекор замирает на мгновение, потом кладет голову на мою и вздыхает.
- Я сделаю все, что в моих силах, моя девочка. Спасибо, что была с нами. Надеюсь, ты найдешь свое место и станешь счастливой…
Еще немного я позволяю себе посидеть в его объятиях, но потом время кончается. Мне пора ехать.
Встаю. Не глядя на него, делаю шаг в сторону, но вдруг звучит…
- Он любит тебя, Лера.
Внутри раздается сирена.
Дыхание спирает, а горло схватывает спазм.
- Я…не должен этого говорить.
Обещал себе, что не стану, да и тебе обещал, Илье, но…он тебя очень любит.
- Он любит ее, а не меня, Николай Петрович.
- Это неправда. Рома поймет все…просто будет уже слишком поздно.
Я ничего не отвечаю. Не знаю, что сказать, поэтому ухожу.
На сердце нет злости или обиды. Лишь щемящее чувство, как если бы я разорвала отношения с родителями.
Да я их и разорвала. Мы же были одной семьей, пока все не рухнуло под разрушающим давлением первой любви…
«Два разных офиса, два идентичных наполнения»
Кира
Мои тонкие шпильки стучат по серому кафелю, отдаваясь эхом по пространству, хотя я слышу только свое сердце.
Оно долбит уверенными басам по ушам, стучит в висках и переходит на пальцы.
Что я натворила?...
Я стараюсь не вспоминать ту ночь, но каждый раз, стоит мне закрыть глаза, я о ней вспоминаю. Все выходные на репите - его стоны, рык, его руки на моей коже.
После того, что произошло, мы не разговаривали. Эмиль встал с постели и молча ушел в душ, а я сбежала.
Так быстро, как только смогла. Трусливо, как только умею.
Все выходные прошли на иголках. От каждого звонка телефона я вздрагивала, а сколько слез пролила? Нельзя было переступать черту. Нельзя…
Снова прикрываю глаза, затормозив возле стеночки. Шершавая отделка вонзает в лоб, а он и без того ноет. Я наступила на грабли. Не свои, конечно, лишь по касательной они мне принадлежали, но я это сделала, и теперь не знаю, как мне быть дальше.
