Они это сделают позже, наедине.
Парни Брейшо здороваются за руку с ребятами из баскетбольной команды, а я машу девчонке из общаги, она кивает мне, но подойти не решается.
Мак и Хлоя уходят в класс, за ними идет Ройс, но Мэддок и Рэйвен не торопятся. Наконец Рэйвен, бросив на меня взгляд, тянет Мэддока за собой, и я остаюсь с Кэптеном.
Он скользит рукой по моим волосам, и я задерживаю дыхание. Но в следующую секунду он делает шаг назад.
– Если это какой-то трюк, ты проиграешь, – говорит он.
– Разве я уже не проиграла?
– Это то, что ты чувствуешь?
– Да.
Его лицо искажается, он рычит «хорошо» – и уходит.
У меня такое чувство, что часть контроля, о котором он упоминал ранее, оборвалась где-то между парковкой и этим местом.
Даю себе секунду, чтобы отдышаться, захожу в класс и сажусь за свой стол.
Ловлю взгляд Рэйвен и поворачиваюсь к ней.
– Я не могу тебе доверять. – Она хмурится, на ее лице отражается замешательство. – Так какого черта я болею за тебя?
Мои плечи расслабляются, а она качает головой.
– Ви, если ты облажаешься, я не смогу тебе помочь, даже если решу, что хочу. Эти мальчики… – Она замолкает, зная, что не обязана это говорить.
– Они твоя семья, Рэйвен. Я понимаю. – Наклоняюсь к ней и смотрю на ее живот. – Но я тоже связана с тобой, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы быть уверенной, что ты поверишь мне.
Она молча смотрит, прежде чем легкая улыбка появляется на ее губах.
– Да, тебе лучше это сделать.
Со своего места по другую сторону от Рэйвен Ройс старается поймать мой взгляд.
– Не забудь, что мы кусаемся, ладно? – Темная бровь приподнимается. – Это намного хуже, чем когда мы лаем.
– Я думала, волки воют?
– Не будь такой милой. – Он вспыхивает. – Будь умной.
Другими словами…
Будь Брейшо.
Тяжелый стук двери, ударяющейся о стену, привлекает всеобщее внимание. Каждый мускул в моем теле напрягается, а шея, вероятно, горит ярко-красным, черт возьми. Входит Кэптен и, словно прогуливаясь, идет по классу.
Наша учительница молчит – если она сделает ему замечание, это принесет ей только неприятности.
Мне не нужно смотреть, чтобы знать: все глаза в классе устремлены в мою сторону.
Кэптен кладет ладонь на мой стол и наклоняется, вынуждая меня поднять глаза. Он знает, что я ненавижу это… и именно поэтому так делает: сжимает мою шею, приближает свой рот к моему лицу и тихо, только для меня, говорит:
– Ты хочешь быть моей, да? Это значит, что ты не смотришь, не разговариваешь, не прикасаешься ни к кому другому.
