Дрожащими руками я ставлю букет белых роз в красивую медную вазу, сияющую в лучах солнца. Отступаю назад, чтобы осмотреть место, где теперь покоится моя мать. Я ее мало знала, но она заботилась о маленькой девочке, которую мы все любим и которую любила она сама.
Мария была доброй, нежной и никогда не отталкивала меня, как бы я ни поступала по отношению к ней.
Я навещала Зоуи, и она оставляла нас одних, хотя иногда я замечала, что она тайком снимает меня на телефон; зачем – я не спрашивала."
"Мне всегда было немного неловко находиться рядом с ней.
Мне казалось, что она ждет от меня вопросов, но по какой-то причине я никогда их не задавала. Может быть, потому, что человек, который опекал меня, оказался подлым манипулятором.
Наверное, я не хотела выяснять подробности. Иногда лучше предполагать, чем знать наверняка.
Как бы там ни было, она вырастила Зоуи, и Зоуи получилась чудесной девочкой.
Протягиваю руку и провожу пальцами по гравировке.
Я буду помнить тебя, Мария Вега.
Возвращаюсь к Кэптену и малышке.
Кэп стоит у своего внедорожника, на его губах играет легкая улыбка, он обнимает меня, его губы ищут мои, и у меня перехватывает дыхание. Я осознаю, что мое самое большое желание осуществилось. Да, он Брейшо, но даже если он бы оставался Перкинсом, да кем угодно, я хотела бы быть с ним.
Он – моя цель, и рядом с ним мой дом. А Зоуи – она будет для нас всем.
– Так сильно, красавица…
Я улыбаюсь ему и шепчу:
– Я тоже тебя люблю, Кэп.
Навсегда.
– Папа, теперь мы поедем купаться? – зовет Зоуи с заднего сиденья.
Мы с Кэпом забираемся внутрь.
– Конечно. Уже едем, малышка.
Он звонит своим братьям, сообщая им, что мы возвращаемся, а как только вернемся, пойдем в бассейн.
По дороге я вижу, как девушка с короткими, почти серебристыми волосами вылезает из старой белой «Камри»… Спортивная сумка свисает с ее руки.
Смех вырывается прежде, чем я успеваю его остановить, и глаза Кэпа летят в мою сторону.
– Святые угодники… – Я снова смеюсь, а Кэп хмурится.
– Красавица…
Я не могу остановиться.
– Виктория.
– Кэп… Знаешь, это как-то слишком хорошо.
Он не выдерживает и тоже смеется. Мне приятно услышать от него:
– Так и должно быть в нашей жизни, детка.
Я – волна, он – якорь, и эта жизнь – наш океан, – думаю я.
Мы подъезжаем к дому и идем к бассейну. Кэптен помогает Зоуи снять одежду и надеть надувной жилет. Затем раздевается сам, и мой взгляд мгновенно падает на татуировку, покрывающую левую сторону его ребер.
