Мэддок и Рэйвен не спеша обходят капот, и я знаю, что сейчас начнется трогательный ритуал, наблюдать за которым всем нам доставляет удовольствие.
– Малыш! – кричит Зоуи, подбегает к Рэйвен, гладит ее по животику и начинает разговаривать с будущим братиком или сестричкой. Мэддок присаживается на корточки, чтобы послушать ее. Надо будет ему сказать, что у него лицо растроганного гиппопотама, иронизирую я.
Виктория тихо подходит ко мне. Я не оборачиваюсь, и она ничего не говорит, но тут Зоуи замечает ее, и, черт возьми, на перепачканной мороженым мордашке расцветает широкая улыбка.
Что-то быстро пробормотав животу Рэйвен, Зоуи бежит в нашу сторону.
Виктория напрягается, возможно, не уверенная в том, к кому именно направляется Зоуи, ведь мы стоим рядом. Но вот она уже смеется воздушным смехом (я никогда не слышал такого) и раскидывает руки для объятий.
– Привет, детка! – радостно кричит она и подхватывает мою малышку.
Я не могу оторвать от них глаз, все в моей душе переворачивается, когда Зоуи прижимается лобиком ко лбу Виктории.
– Взгляните-ка на малышку Зо-Зо, – говорит Виктория. – Ей уже лучше. Ты совсем поправилась?
Зоуи кивает, и ее носик мягко соприкасается с носом Виктории.
Эскимосские поцелуи.
Глаза Виктории закрываются, улыбка, направленная на мою дочку, – самая искренняя на моей памяти.
Настоящая, любящая.
Черт.
Она любит мою дочь?
Мой разум лихорадочно работает, вспыхивает паника, и я готов схватить Зоуи и унести ее, но тут подходит Ройс, и обе светловолосые головки поворачиваются в его сторону.
– Да, Вик-Ви, Мишка Зоуи в полном порядке. Она посмотрела, как папочка играет в баскетбол, и ей стало намного лучше.
– Ох ты боже мой… – Рэйвен качает головой и поднимает руку, чтобы скрыть улыбку.
Мои мышцы расслабляются, и я уже тоже борюсь со смехом, а когда взгляд Виктории на мгновение падает на меня, я готов поклясться, что на ее щеках появляется легкий румянец.
– Пойдем, пойдемте, – торопит нас Зоуи. – Мисс Мейбл испекла печенье! Шоколадное, дядя Бро!
Мы всей компанией идем к дому… То есть нет, не всей.
Виктория отстает от нас и в дом не заходит. Но насколько я заметил, улыбка с ее лица не исчезла."
"Все, о чем я могу думать, так это о том, чтобы она снова была у меня на виду.
* * *ЗОУИ УЛЫБНУЛАСЬ ЕЙ ТАК, БУДТО ОНА БЫЛА ДЛЯ НЕЕ ВСЕМ.
Всем, что у нее было.
Всем, в чем она нуждалась.
Я никогда не забуду этого.
Никогда.
Моя рука замирает, и я пялюсь на строчки. Больше ничего не хочется писать.
