Так вот, красавица, у нас с тобой может быть взаимовыгодное соглашение."
"Меня передергивает от алчного блеска в его глазах, когда он окидывает меня своим взглядом. Только попробует коснуться – зарублю, ей-богу!
– Я человек понимающий. Знаю, что ты тут без мужского присмотра жила, может, и не со всем справлялась. Неплохо готовишь. Пекарня процветает, я смотрю. Клиенты есть. Доход хороший, небось.
– Вы к этому не имеете никакого отношения, – шиплю я.
– Имею, нира, имею, – и улыбается так, что хочется эту улыбку стереть вместе с его зубами.
– Потому что пекарня перешла к моей жене. А где она? Может… Слушай, а, может, ты ее еще и убила, чтобы занять место?
Меня бросает в жар от этих слов. Не я убила, но из-за меня она погибла. И да, я действительно заняла ее место. Но я помню, что она сбежала от мужа. И почему – тоже помню.
– Оставьте свои догадки при себе.
– Оставлю. И тебя тут оставлю, – я вижу по взгляду, что продолжение мне не понравится. – Просто будем жить одной семьей. Ты же так ждала приезда мужа, правда?
Я уже собираюсь ответить ему, как дверь снова открывается, а на пороге, как в плохом заезженном кино, снова появляется мэр.
А я ведь уже понадеялась, что навсегда могу о нем забыть.
– Вот, – говорит он стражам, входящим следом, – господин Синт готов сделать заявление. Вы подтверждаете, что это не ваша жена? Эта женщина не нира Летиция Синт?
Все как будто замирает. Муж Летиции переводит на меня вопросительный взгляд, словно говоря: “У тебя последний шанс!”
Внутри все замирает, словно леденеет.
Что одно, что другое – дорога в пекло. Ситуация, когда оба выхода отвратительные, становится все привычнее, но сейчас я особо сильно ощущаю, что моя игра подходит к концу.
В окне мелькают заинтересованные лица. Особенно ниры Шпехт, как же тут без нее. Неужели праздник уже кончился? Или они просто решили, что здесь интереснее?
– А я говорила, что с ней что-то не так! – доносится до меня ее голос.
– Да ну нет, – отвечает ей кто-то, – нира Летиция не могла…
– Так долго ж мужа нет… Нормальный муж так надолго не оставит… – рассуждает еще какая-то женщина.
– А ты видишь, что он нормальный? – возражает ей мужской голос.
Молчание в лавке затягивается. Муж Летиции ждет ответа. Мэр ждет ответа. Стражи тоже ждут ответа.
Я как будто случайно поднимаю руку с топором и указываю на дверь:
– Давайте поговорим на улице. У меня ребенок спит.
Странно, но, похоже, к мнению женщины с топором прислушиваются гораздо лучше, чем без топора.
