На этот чертов грим я убил уйму времени, продумал все до мелочей! Даже он, – Видок подбородком указал на ошеломленного Алексея, – не признал меня, когда столкнулся со мною нос к носу! Нет, вы можете мне объяснить, мадемуазель, что меня выдало?
– Я уже говорила вам, сударь, что не запоминаю лица, – заявила торжествующая Полина. – Я смотрю только на глаза, а еще – на руки. Вот они способны рассказать о человеке все, что угодно.
– Мсье Видок, – Алексей повысил голос, – что вы здесь делаете?
Ботаник Сорель, он же Эжен-Франсуа Видок, бывший каторжник, бывший грабитель, бывший начальник французской полиции, а также человек, ставший прототипом множества любопытных персонажей французской литературы – от Вотрена в книгах Оноре де Бальзака до Вальжана и Жавера в «Отверженных» Виктора Гюго – только укоризненно нахмурился.
– Потише, прошу вас, потише, – произнес он скучным голосом. – Мое имя, как и имя господа, не стоит лишний раз произносить всуе."
"– Знаете, сударь, – не удержалась Полина, – что мне всегда в вас нравилось, так это ваша поразительная скромность.
– Таков уж я, – просто ответил Видок. – Но что же вы стоите? Садитесь, прошу вас.
Рассудив, что стоять и в самом деле нет смысла, агенты сели. Впрочем, Видок опустился в кресло еще прежде них.
– Прекрасная погода, – заметил он тоном светского завсегдатая. – Именно то, что надо, для некоторых видов роз, особенно…
– Мсье Видок, – прервал его Алексей, – я никогда не поверю, что вы находитесь здесь только потому, что вам взбрело в голову полюбоваться на местные розы.
– А вы? – в тон ему ответил Видок. – Что вы тут делаете?
Вопрос застал Каверина врасплох.
– Это вас не касается, – ответила за него Полина.
– А почему вы думаете, что вас касается то, чем занят я? – осведомился Видок спокойно.
Агенты обменялись быстрым взглядом.
– Я приехал навестить свою тетушку, – выдавил из себя Алексей, надеясь, что его щеки не покраснеют, когда он произнесет эту ложь.
Видок заинтересованно прищурился.
– Позвольте, это кого же? Мадам Барбара Голикофф? И вы всерьез хотите меня уверить, что она ваша тетка?
– А почему бы и нет?
– Ну, тогда, наверное, ваш дядюшка – крокодил из королевского зоопарка.
Эта версия ничуть не хуже, чем мадам Барбара в качестве тетушки, и если уж выбирать между ней и крокодилом, то последний куда приятней на вид.
И, сразив противников наповал этим убийственным доводом, Видок широко ухмыльнулся.
– Знаете, мсье Видок… – сердито начала Полина.
– Мсье Сорель, пожалуйста.
