Но Митч всё же озвучивает мысль вслух:
— Похоже, она всю свою жизнь была чьей-то собственностью…
Лу
Пузырь вокруг меня мешает расслышать то, о чём переговаривается хозяин с другим мужчиной в странной белой хламиде. Стараюсь отвлечь себя разглядыванием вида в огромном окне… но отвлечься не получается.
Я не верю тому, что они сказали, и всё жду, когда будет больно. Пытаюсь представить, как вообще возможно вытащить это из моего тела.
Помню, когда я была маленькой, одной из сестёр удалось украсть у безмолвных кухонный нож.
Она думала, что переливающийся серебристым сиянием знак на бедре, и есть метка и вырезала его… вместе с кожей. А потом сбежала. Но это не помогло и её всё равно нашли… с помощью метки.
А потом наказали в назидание другим…
Сёстры шептались, что нужно было вырезать глубже.
— Лу, милая, ты хорошо себя чувствуешь? — хозяин подходит и протягивает руку, вырывая меня из мыслей.
Киваю, поднимая на него взгляд.
— Ты не против, если мы сейчас вернёмся в номер?
Пожимаю плечами. Он передумал освобождать меня?
Собственно, я не особенно верила в это.
Зачем мужчине освобождать свою собственность? Просто не понимаю, зачем тогда нужно было сюда приезжать?
Я пытаюсь не думать об этом, но меня неожиданно гложет разочарование.
Хозяин протягивает руку, предлагая мне помочь спуститься с высокого кресла, но я спрыгиваю сама и направляюсь в сторону выхода.
Глупая Лу… наивная.
Летательная машина останавливается прямо на крыше нашего номера. Выбираюсь из неё прежде, чем хозяин попытается помочь мне.
Спешу в собственную комнату, потому что мне отчаянно хочется остаться одной.
Хозяин останавливает меня за несколько шагов до заветного входа, заставляя попятиться. Он хмурится и выглядит очень напряжённым:
— Лу, что случилось? Я обидел тебя?
— Вы обещали убрать клеймо…
— И убрал его.
— Зачем так говорите? Машина не касалась меня. Я бы почувствовала.
— Лу, клеймо — это не предмет. Чтобы его удалить, не нужно касаться твоего тела. Это данные, которые присваиваются живому телу на квантовом уровне…
Хмурюсь, пытаясь понять, о чём он говорит.
— Не понимаешь меня?
Отрицательно мотаю головой.
— Ты знаешь, как выглядело клеймо?
Киваю. Как серебристый узор с непонятными символами на коже. Старая метка на моём бедре. Я много раз рассматривала её. Новая метка — на предплечье.
— Посмотри на своё клеймо…
Поднимаю рукав туники и ничего под ним не нахожу.
— Митч обнаружил два клейма, одно из них нанесено давно. Он стёр их оба.
