За все месяцы, что она провела в бараках, я ни разу не замечала, чтобы она улыбалась. Пара оскалов, брошенных в спину надсмотрщицам, не в счёт.
С другой стороны стола сидит мужчина, что нёс меня на руках… Лайн… он сказал, его зовут Лайн…
Фея, в которой я узнаю одну из наложниц своего бывшего хозяина, подносит голубоватый шарик к губам Лайна. Он тепло улыбается девушке, но забирает шарик и кладёт в маленькую пиалу перед собой. Там уже небольшая горка.
Несколько фей шепчутся и над столом снова раздаются смешки, перемежающиеся весёлой болтовнёй.
В помещении витают ароматы, от которых желудок сводит голодом.
Отпускаю стену и делаю несколько шагов. Я всё ещё босиком. При моём приближении головы присутствующих поворачиваются, а мужчина, что нёс меня, резко встаёт и шагает вперёд.
— Ты рано встала…
Ловлю сразу несколько ревнивых прищуров… о, мне хорошо известен этот взгляд.
Лайн протягивает руку, а я отступаю. Отчего-то злюсь и не хочу, чтобы он ко мне прикасался, а ещё боюсь, что он может отправить меня обратно в комнаты и я и дальше буду терзаться непониманием.
— Шай… — 1418 спрыгивает с колен мужчины и в два прыжка налетает на меня, заключая в крепкие объятия.
— Ты… — провожу рукой по тонкой спине, убеждаясь, что она настоящая. — Не надеялась, что когда-то вновь увижу тебя…
— А сама учила верить в хорошее, — задорно-укоризненный взгляд.
Учила. Ей это было нужно.
— Шай, ты голодна? — шепчет заговорщически. — А хочешь десерта? Сладкого! Ты просто обязана попробовать чимпах! У нас тут пятнадцать разных видов, но нужно угадать, какой из них имеет сладкий вкус.
Только если угадываешь, другим подсказывать нельзя.
Она уже тянет меня, усаживая за стол странной округлой формы.
Девушки при моём приближении цепляются острыми взглядами, а кто-то даже незаметно двигает кресло ближе к пустующему креслу Лайна. И чего им не так? Можно подумать, это я при всех пыталась накормить его с рук какими-то шариками…
Единственное свободное кресло стоит у дальней части стола, туда я и направляюсь, гордо прихрамывая и морщась оттого, что моя одежда сильно проигрывает нарядам окружающих.
Зато она мягкая и удобная.
Тонкие пальцы подхватывают моё запястье и тянут в другую сторону.
— Садись рядом со мной и Нэйтом! Мы за тебя переволновались. Я искала тебя, и мы приземлились у дальних бараков. Когда Лайн вытащил тебя из той ямы, ты была едва жива.
Выхватываю из её речи лишь отдельные слова. Видно, я ещё не совсем оклемалась.
