Площадки маленькие, нормативке не соответствуют – надо увеличивать. Закладные выполнены с нарушениями. Мы к ним цепляться не будем. Оборудование для подключения не соответствует указанному в ТЗ, значит, проект надо будет полностью переделывать. Подъездных дорог тоже нет. И, главное, – пропела я мстительно, глядя прямо в голубые глаза Орлова, – представители генподрядчика нам так и не предоставили, заверенное разрешение на монтаж ЛЭП!
– Это неправда! Вырубка соответствует стандартам!
– Закладные без нарушений!
– Площадки нормальные!
– Да кто она такая?
– Да зачем вы её слушаете? Я вам говорю, что там всё нормально!
Субподрядчики начали вопить перекрикивая друг друга.
Они орали на меня, не сдерживаясь, словно им была дана команда. Как будто они хотели оправдаться любой ценой.
– Тихо! – Шарахнул по столу Орлов. Оглядел моментально притихших присутствующих. – Перестаньте орать, как базарные бабы. Нам вопросы надо решать, а не орать. – Потом перевёл взгляд на меня. – Я проверю данные и дам ответ.
Если всё верно, поменяйте бабу в руководстве и будем работать!
– Поменяйте подход, и я смогу пообещать вам то же самое!
– Дура, потеряешь контракт!
– Мужлан, сорвёшь сроки!
– Свободна!
– Отлично!
Подхватив чехол с ноутбуком, я выскочила в коридор и кинулась в уборную. Меня колотило так, что я не с первого раза смогла закрыть шпингалет. Так меня никогда не унижали! Я решила выполнить договор во что бы то ни стало, чтобы доказать этому сексисту, на что способна.
Ну, и поплакала, чё уж там.
Аэропорт
После совещания я отправилась инспектировать оставшиеся площадки. Там дела были ещё хуже, чем на предыдущих. Провозилась в снегу, переругалась с геодезистами. Большинство субподрядчиков улетели на самолёте ещё в обед, а я задержалась до вечернего. Забрала ноутбук, который оставляла у секретарши Тани, и поплелась на улицу.
Холод и нервотрёпка последних суток меня почти доконали. После бессонной ночи и бесконечных звонков больницу к папе я устала так, что перед тем, как залезть в КАМАЗ, идущий в аэропорт, собиралась с духом и с силами.
Хорошо, что сердобольный вахтовик подсадил до высокой первой ступеньки. Сама бы ни в жизни не допрыгнула.
Но радость от успешного восхождения тут же была омрачена насмешливым взглядом Орлова, сидящего рядом со входом и что-то строчившего на своём планшете. Он хмыкнул, но комментировать мою немощность не стал. И то хлеб. Я забилась в дальний угол, выходила последней.
