– Поверьте, в этой ванне невозможно пролежать больше получаса, да и вредно это. Вода-то активная и горячая, восемьдесят четыре градуса, нагрузка на сердце и все такое. Летом сюда до тысячи человек в день приезжало, а в пиковые дни и до двух с половиной тысяч доходило, и все успевали искупаться. Так что гостей пропустим вперед, раз уж вам так не терпится опробовать на себе наши целебные ванны, а мы уж потом, когда вы набалуетесь. Мы-то привычные.
– Восемьдесят четыре градуса? – изумилась Аленка.
– Никогда не думала, что в такую воду можно лечь и не ошпариться. Или это секрет омоложения от Конька-Горбунка?
– Ну, вам, положим, никакое омоложение не требуется. – Аленка обернулась на низкий, глубокий, точно знакомый голос и замерла в недоумении. От соседней беседки к ним подходил высокий, плотный мужчина, тот самый, с которым она сошлась в мимолетной беседе на палубе «Седова». Так вот почему ей показались знакомыми его куртка и синий свитер! – Но если серьезно, то температура воды в этих резервуарах рассчитана таким образом, чтобы было комфортно купаться.
Она регулируется с помощью небольших каналов, через которые поступает холодная вода из Ключевки. Если хочется погорячее, то канал можно перекрыть, как в собственной ванной. Привет, Ленчик, как добрались?"
"– Привет, Леха, все путем. Гостей наших растрясло малость, но тут уж, как говорится, хочешь местного колорита, терпи легкие неудобства.
– На базу заезжали?
– Да, излишки груза сбросили да чаю с бутербродами попили.
Хоть и сто тридцать километров всего, а все-таки дорога. Обед у нас тут запланирован, с шашлыками да с запахом сероводорода, а к вечеру вернемся, будем стол сооружать. Присоединишься?
– Обязательно. Я, правда, тут тоже с гостями. Кстати, – теперь он обращался к Аленке, или ей казалось, что он обращается исключительно к ней, – разрешите представиться. Алексей Ватагин.
Аленка непроизвольно дернулась, услышав имя, и он, естественно, заметил гримасу, исказившую ее лицо.
– У вас с этим именем что-то связано? – осведомился он. – Вы отпрянули так, будто увидели гремучую змею.
– Алексеем звали моего бывшего мужа, – нехотя сказала Аленка. Во-от, сейчас «начнет выпытывать купе курящее»… – Фантомные боли, не более. К вам отношения не имеет.
– «Какая странная, ужасная судьба, что оба Алексея, не правда ли?» – неожиданно произнес Ватагин, и Аленка снова вздрогнула.
