Сейчас она пыталась четкими печатными буквами заполнить четвертую, боясь ошибиться снова.
– Ипатова, там тебя спрашивают, – в кабинет заглянула сидящая в регистратуре Лена.
– Сейчас иду, – откликнулась Яна, обрадовавшись, что ненавистную анкету можно отложить. – Там кто, кошка или собака?
– Там мужчина. – Лена пожала плечами. – Один, без питомца.
Клинику, в которой она работала уже пять лет, Яна обожала. Еще учась в институте, она мечтала попасть именно сюда – в ветеринарный центр, открытый доктором Цыплаковым.
К Владимиру Владимировичу ездили не только со всего города и даже области, но и из соседних городов. Он был не просто хороший врач, а отличный. Брался за любые, даже самые сложные операции и делал их с блеском.
У них весь коллектив был хороший – дружный и слаженный. Цыплаков – директор и хирург, сама Яна – терапевт и дерматолог, Ольга Дмитриевна – стоматолог, Павел Семенович – кардиолог. Это Цыплаков придумал – сделать в ветеринарной клинике узкую специализацию. Он был уверен, что нельзя одинаково хорошо лечить все, хоть у человека, хоть у собаки, хоть у ежика, поэтому его врачи специализировались по профилям, он отправлял их на семинары и конференции, заставлял читать специализированные журналы и даже самим писать в них статьи.
На данный момент в клинике также работал новичок Ленчик Макаров. Он был еще студентом, поэтому специализацией не обзавелся, оставался у всех на подхвате.
Несмотря на весьма еще юный возраст, Ленчик был женат чуть ли не с первого курса, и его жена Маша ждала уже второго ребенка.
При этом семья жила в общежитии, ютилась в четырнадцатиметровой комнатке."
"– Ленька, зачем вам второй ребенок? – схватилась за голову Ольга Дмитриевна, когда гордый Макаров сообщил, что скоро станет отцом во второй раз. – Куда вы нищету плодите? Сами еще почти дети. Надо же на ноги встать, квартиру приобрести, а уж потом плодиться и размножаться.
– Так как же, – искренне удивился Ленчик, – меня же иначе в армию заберут. А так я институт в июне окончу, а к июлю справочку в военкомат представлю, что детей двое.
Машка как раз в конце июня родить должна. А деньги – дело наживное. Будут.
Оптимизм Ленчика поражал Янино воображение, но, в принципе, сильно она не удивлялась. В каждом домушке, как известно, свои погремушки. Если уж так хочется отмазаться от армии, живя вчетвером в облезлой общежитской конуре, так ради бога.
Сейчас Ленчик работал не покладая рук, ловко раскидывая собравшуюся очередь.
