Говорить ее не всегда легко и приятно, но, как правило, необходимо. Я тяготился нашими отношениями, потому что не хотел терять Аллу. А ты… Говоришь, что любишь меня, но на самом деле это же не так.
– Я тебя люблю, – упрямо сказала молодая женщина.
– Нет, у тебя просто есть потребность самоутверждаться, уводя мужиков у такой состоявшейся женщины, как Алла. Сначала ты увела Димку, теперь нацелилась на меня. Ты ей завидуешь, поэтому и пытаешься доказать в первую очередь самой себе, что лучше: свежее, моложе, сексуальнее.
Но это не так.
– Сволочь! – выкрикнула Марина, и щеки ее заполыхали. – Будь ты проклят! Вы оба, будьте прокляты, и ты, и Митенька! Подлецы, предатели!
– Ну, конечно, ты завидовала, – снисходительно согласилась Вера, с усмешкой глядя на соперницу подруги. – Ты просто светилась от гордости, когда вышла замуж за Димку, хотя на самом деле он бы никогда не ушел от Аллы. Это она его выгнала, узнав про измену. Выкинула за ненадобностью, как старую, использованную тряпку, а ты подобрала и носилась с этой тряпкой как со знаменем.
"
"– Я завидовала? – вскинулась Марина. В этот момент она была похожа на раненую тигрицу. – Да это ты ей завидовала! Всю жизнь, с самой молодости. Ее таланту, самодостаточности, умению жить просто, ни о чем не заботясь, легкому отношению к деньгам, которые у нее всегда были, хотя она и не превратилась в бульдозер, как ты. Ты сама только что сказала: она – содержанка. Только никто, кроме тебя, не считал, что это плохо.
Мужчины ее обожали и на руках носили – настоящие мужчины, а не твой безвольный тряпка-муж. А в последние годы ты еще и ее писательской славе завидовала, да и внешности тоже. Ты посмотри, на кого ты похожа! Бабища шестидесятого размера, хотя вы с Аллой ровесницы, ты еще и младше на полгода. Так что, если Аллу убили из-за зависти, то сделать это могла только ты, а не я.
– Я? Убить? Из-за зависти? – Воронцова расхохоталась вдруг громко, отчаянно. – Да я Алку не ненавидела, а презирала.
Бабочка легкомысленная, которая только и умела, что тратить. А я за людей всю жизнь отвечала – семью, коллектив, партнеров. Не порхала, как она. Дружили мы, потому что с юности вместе. Хотя и зубы у меня иногда скрежетали, когда я на нее смотрела. Но убить? Ну уж нет.
– Но тем не менее Алла сейчас мертва, – жестко сказала Инна. – И кто-то ее убил.
– А почему вы решили, что это кто-то из нас? – пошла в наступление Вера.
