Понимаю, — судя по взору архитектора, он сейчас мало что осознает в этом мире. Еще один сумасшедший, потерявший голову от недоступной для него женщины. Я торопливо отворачиваюсь, заметив, что Рамазан тянется к моим губам.
Где же охрана? Где она?
— Отпусти меня. Хватит! — запоздало начинаю сопротивляться, изрядно затянув свою опасную игру против бывшего мужа.
Ты сам виноват, Амиран.
«Я тебя не люблю, Алисия», — глухим эхом отдаются в памяти его недавние слова.
— Прекрати, Рамазан, — разгневанно кричу я, с яростью отталкивая мужчину.
Мужчина отшатывается в сторону, проводит дрожащими ладонями по лицу, ошеломленно хмурится. Взор Бахира хаотично мечется по террасе, он отрицательно мотает головой, словно не верит в то, что две секунды назад вытворял…
На веранду вбегает дюжина телохранителей с явным намерением схватить Бахира и устроить публичную казнь, но я успеваю остановить их, уверенно обратившись к главному.
— Не трогайте его. Он не причинил мне вреда. Я в полном порядке!
— Алисия, я правда не хотел…не знаю, что на меня нашло, — тяжело дыша, оправдывается Бахир.
Ругается на арабском и с выраженным потрясением на лице, приглаживает всклокоченные волосы: — Такой позор. Я сожалею и приношу свои искренние извинения.
— Это охрана Амирана аль-Мактума, — указательным пальцем стреляю в людей в глубине сада, что наблюдали за всем представлением, даже не подумав шелохнуться. — И они все видели.
— Это конец? Для меня…, — побелевшими губами произносит Бахир.
— Масштаб последствий известен только королю, но, как видишь, он не спешит тебя четвертовать, — вытираю губы и скулы, невербально выражая свое возмущение.
Да и я понимаю, что тем, что начала ему отвечать, отчасти спровоцировала мужчину…что ни в коем случае не оправдывает его поведение.
И все же. Казни он не заслуживает. А мне еще предстоит все это шоу как-то объяснить мрачному, как тень, отцу, решительно направляющемуся через сад в мою сторону.
— Прости, Алисия. Этого больше не повториться. Я был ослеплен…я сдерживался, каждый раз, когда видел тебя…
— Думаю, будет лучше, если дальнейший диалог вы будете вести с моей ассистенткой Лейсан, — отворачиваясь, перехожу на деловой тон.
Плотно закрываю накидку, все еще испытывая отвращение к тому, что чужие руки касались меня. — А объект мне будет показывать ваш ассистент, — отрезаю сухо.
— Да. Ты права, Алисия. Если я как-то могу восстановить твое доверие и загладить вину…, — продолжает сокрушенно извиняться Рамазан, но я решительно указываю ему на выход.
