В том, что Лялин раскопает всю подноготную близкого окружения Кондаревского, я ничуть не сомневалась. Вешняков искал парней на «Жигулях», увезших девчонок от Горбатого моста, Олег рылся в чужом белье, а я вроде бы осталась не у дел, потому что мои размышления делом никак не назовешь. Закинув руки за голову, я таращилась в стену, пока не пришла к выводу, что если мы найдем убийцу или убийц Кондаревского, то сумеем распутать весь клубок. Вешняков злился, потому что связи между убийством проститутки и трупами в опоре моста не видел, начальство его в гроб вгоняло и он не ел, не спал, а только голову ломал, но, как и я, без особого толка.
Такое впечатление, что Саша с Валерой появились на «Жигулях» в городе один раз и тут же исчезли. Никто ничего о них не знал. Это само по себе было довольно подозрительно.
Так как особого выбора у меня не было, я остановилась на приятелях Кондаревского, подтвердивших его алиби. Господа Дубников, владелец ночного клуба, юрист Рылов, Ковтан, тот самый, что отвечал за ремонт Никитского моста, и Синявин, бывший врач, а ныне бизнесмен.
Все четверо красовались на фотографиях, которые я утаила от ментов. И Артем еще ворчит, что я ерундой занимаюсь. Ничего подобного, таких совпадений не бывает: погибает парень, у него фотоаппарат с пленкой, на которой добропорядочные граждане нашего города, потом те же самые граждане подтверждают алиби Кондаревского, скорее всего липовое, и вскоре сам Кондаревский отдает богу душу. Эти вещи, безусловно, как-то связаны между собой.
Поразмышляв еще немного, я поехала к Вешнякову.
Он мне совсем не обрадовался и даже буркнул что-то насчет занятости, но я не стала его слушать, устроилась на стуле и в очередной раз, изложив свои доводы, сказала:
– Надо найти парнишку, что был с Александровым той ночью, когда я их подвозила.
– Зачем? – нахмурился Артем.
– Затем, что ему должно быть что-то известно об этих фотографиях.
– С какой стати?
– Они же друзья и оба были явно чем-то напуганы...
– Слушай, только не говори, что ты хочешь найти убийцу этого Александрова.
Мы даже не уверены, что его убили. А у меня три трупа и каждый день начальство теребит.
– Дружка Александрова надо найти, – не слушая его, повторила я.
– Вот ты и займись, – разозлился он. – У меня своих дел по горло."
"Спорить я не стала, вспомнила, что я теперь человек государев и могу воспользоваться кое-какими преимуществами, которые это положение дает. Не мудрствуя лукаво, я позвонила Деду.
