— Будем, вот такую газировку — я указал на банку Herschi Cola. — А холодная есть?
Продавщица покосилась на меня, хмыкнула, достала с витрины банку газировки.
— Восемьсот рублей с вас!
Монотонно работающий вентилятор, на котором была приклеена полоска-ловушка для мух, как бы невзначай намекал, что холодильника в ларьке не было. Губу раскатал, придется теплой газировкой давиться.
Я протянул пятитысячную купюру и попросил добавить к заказу шоколадный батончик. Есть хотелось не меньше, чем пить. Пока продавщица доставала мой «Сникерс», разглядел на прилавке часы «Montana» за 25 000 рублей.
Блин, вот бы такие себе взять. Помню было время, потратил на такие с надписью Convoy свой недельный заработок. Но впечатлений от часов было море!
Пока продавщица шоколадку доставала, прямо к ларьку подкатила синяя «девятка», из нее вывалились двое молодых хмырей. Спортивные, стриженые наголо, в спортивных штанах. С голыми торсами, майки на плечах лежат. Один внешне смахивал на Дольфа Лундгрена времен «Разборок в маленьком Токио», такой же здоровенный, подтянутый белобрыс с голубыми глазами.
Второй напоминал Панина в антурже «Жмурок». Ростом невелик, комплекция скромнее чем у собрата, но видно, что со спортом тоже дружит. «Лундгрен» обошел ларек вдоль и поперек, на витрины заглядывая, и щелкая пальцами. «Панин» сразу к окошку подошел, руки сложил на «подоконник». Я быстро смекнул, что передо мной местные братки. Такие «пары» чаще всего ходили в составе здоровый бык и пронырливый лис.
Обычно вот такой «Панин» обозначал интерес, а если кому-то что-то непонятно было и он интерес этот не разделял — подключался «Лундгрен», который с точки зрения грубой силы пояснял непонятливым. К ларьку парочка подошла явно не за тем, чтобы сигарет купить, уж очень они на рэкетиров похоже. Прям, как из плохого боевика девяностых…
Семейную пару, выбиравшую между «Сникерсом» и «Тампаксом», как ветром сдуло."
"— Люся, пойдем, — зашипел муженек, потянув свою супружницу за руку.
— Так мы же ничего не купили! — возмутилась Люся.
— Потом.
Я за свою жизнь всякое видел, но ясно чувствовал, что от рэкетиров исходила немного непривычная для еще вчерашних советских людей, но хорошо ощущаемая угроза. Поэтому муженек так насторожился, чтобы на ровном месте себе неприятностей не нажить. Бросив прощальный взгляд на витрину, Ваня и Люся спешно слились. Я уходить не стал, ждал свой «Сникерс» и сдачу, поэтому стал невольным свидетелем разговора.
