Казалось бы, всего тридцать лето прошло, а вокруг все совершенно по другому…
Стены с остатками былой роскоши в виде отклеивающихся обоев «под дерево». Судя по тому, что самоклейки появились в обиходе к концу 80-х, ремонт в комнате был довольно свежий, но бывший обладатель этого тела уже успел его основательно «убить». На полу лежал потасканный ковер из Средней Азии, такие обычно на стены вешали. Левая стена плакатами увешена — тут тебе и Сильвестр Сталлоне с Шварценеггером и Жан Клод Ван Дамм с Брюсом Ли. Под актерам кровать, не застеленная.
Полка с книгами. Уютненько. Придется, конечно, заново привыкать к тому, что утром надо занимать очередь в санузел и бронировать конфорку на плите. Но где наша не пропадала.
Я застелил кровать, уселся и, наконец, оказался наедине со своими мыслями. Здесь не шумели двигатели станков, не было Светки и Виталика, никто не пытался спросить с меня «за базар». И впервые за день я получил возможность обдумать все происходящее. Новая реальность складывалась так, что отныне я каким-то образом перенесся на тридцать лет назад.
На дворе лето 1993 года, одно из самых сложных времен для современной России. На небольшой тумбочке рядом с кроватью лежала «Российская газета». Сейчас, в отсутствие интернета, газета была для меня единственным источником информации. Телевизора в моей комнатушке не нашлось. Жаль…
Я взял газету, чтобы освежить воспоминания и увидел на первом же развороте описание событий, последовавших за печально знаменитой «Черной субботой». Тогда 24 июля население жестко и нагло ограбило собственное правительство.
Редакция проводила краткий обзор того, что происходит в стране.
Пенза: длинные очереди у отделений Сбербанка, в местном Сбербанке не хватает новых денег на размен.
Самара: нет разменной монеты, в магазинах сдача спичками.
Петропавловск-Камчатский: очереди в отделениях Сбербанка, многие в очередях усматривают «еще одну попытку властей ограбить народ», что делать отпускникам, получившим на руки 200–300 тыс. руб.?
Сочи: паника в санаториях.
На какие деньги купить обратные билеты?
Я вздохнул, откладывая газету. М-да, и до зарплаты «новыми деньгами» еще нужно дожить. Вспомнилось, как Ельцин говорил, что ляжет на рельсы, если допустит реформу. Не лег… Сейчас, хорошо помня тот кошмар, я отнесся к происходящему куда более спокойно. До реформы 1993 года была другая не менее жесткая денежная реформа в 91. И большинство населения, как и мою семью тогда, подкосила именно она. К 93-му менять было просто нечего.
