Не знаю, что бы у меня вышло в рукопашке и как долго я бы продержался один против целого табора, но в загашнике у меня лежал тот самый ствол, который достался по наследству от человека Яши Кривого — Черепа. И я вытащил свой козырь из рукава, не став тянуть резину до последнего. Черное дуло пистолета уставилось на одного из наступавших.
— Че, бродяги, первого кого порешать? — зарычал я, переводя взгляд с одного цыгана на другого. — Вопросы какие?!
Прохладная рукоять пистолета приятно тяготила руку.
Я держал на прицеле того самого мерзавца, из-за которого начался весь сыр-бор. Цыгане остановились, переминаясь с ноги на ногу, ножи они убирать не спешили, но прыть былая разом пропала. Хотели понаблюдать за тем, как ситуация станет развиваться, и хватит ли мне духу от слов к делу перейти.
— Э-э, брат, оружие отпусти, — проскрежетал виновник торжества, улыбаясь золотым ртом. — Тебя никто трогать не будет, зуб даю.
— Ножи бросайте — пристрелю, — предупредил я, мотая головой.
— Э-э, ну зачем так некрасиво, — цыган, на которого был направлен ствол, поднял руки, продолжая хищно улыбаться. — Давай спокойно побазарим, без вот этого всего, договоримся.
По-хорошему, мне следовало сразу шмальнуть, дабы распугать всю эту шушеру и смахнуть довольные самоуверенные улыбочки с их рож. Не обязательно валить, но вот коленку прострелить можно. Я прекрасно понимал, что все вот эти «давай побазарим» и «без вот этого всего» не стоят выеденного яйца.
Цыгане нарушат данное слово, как пить дать. И как только я опущу ствол или дам этим ублюдкам малейший шанс, они тут же разорвут меня на куски, как попавшую в капкан жертву. Однако стрелять раньше времени я не хотел. На выстрел сбежится охрана рынка или менты, у них тут опорник прямо на рынке, вроде, а сколько на пистолете Черепа намазано дерьма? Там вполне на пожизненное — короче, спорить я на это не стал бы. И тут, если меня с поличным возьмут, хрен отвертишься.
Будет у следаков шанс на меня повесить все «глухари» с применением железобетонного аргумента баллистической экспертизы.
— Договоримся, а, родной, чего ты так? — снова предложил цыган, видя, что я паузу взял.
— Бабки верни, и вопрос закрыт, — ответил я на предложение своего не самого приятного собеседника. — Я ни о чем с вами не собираюсь договариваться.
Дуло ствола по-прежнему смотрело грабителю в лицо.
