На нее напишут заявление в полицию, потребуют огромную сумму за моральный ущерб. Беда будет. Поэтому блогерша вместо имен «героев» писала клички и использовала программу, с помощью которой можно закамуфлировать лица, – объяснил Борис. – Вместо вашей головы на видео башка кошки, у Игоря Кирилловича – кабана, а у Николая – козла.
– И Коля там есть? – испугалась мать.
– Конечно, он же к вам каждый день заходил, – кивнул Борис. – «Блог проказника домового» – кладезь полезной информации. Мы его вдумчиво изучили и узнали: оказывается, у Игоря Кирилловича была любовница, она жила неподалеку от вашего дома.
С Ирочкой Маслов проводил много времени, ведь так?
Симпатичная брюнетка, молча сидевшая чуть поодаль от всей компании, кивнула.
– Да. Супруге он врал, что в командировку летит, а сам мчался ко мне.
Оксана сжалась в комок:
– Ну нет же.
– Извините, – дернула плечом Ирина, – это правда. У Игоря была страсть доминировать. Он сначала прилично себя вел: букеты, конфеты, рестораны, потом попытался играть роль строгого хозяина, но я не швабра лысая, сразу его окоротила: «Издеваться над собой не позволю.
Пошел вон». Он испугался: «Ты меня не так поняла». Ха! Все я правильно поняла и растолковала ему: не собираюсь ради прихоти мужика унижаться. Не нравится самодостаточная женщина? Вали из моей квартиры. Оксана, простите меня. Не знала, что у Маслова семья есть. Он мне врал, что холост.
Вдова закрыла лицо ладонями.
– Давайте еще раз спросим, – предложил Никита. – Кто мог подставить Роберта? Открыть фальшивый счет, купить квартиру, брать у Шмидта конверты с деньгами? И зачем клерк ходил в зал вип-ячеек? А он там был, его отпечатки нашли криминалисты.
– Ой! Только сейчас вспомнила, – жалобно сказала Эмма. – У меня голова совсем плохая! Как Роба арестовали, я прямо ум потеряла! Маслов мужа поздно вечером накануне взрыва попросил сходить в зал ячеек, – напомнила Эмма. – Ему зачем-то надо было туда. Вот забыла!
Эмма схватилась за виски:
– Сейчас, сейчас! Может, память вернется. Все из рук валится после того, как Роб на аппаратах оказался.
Мысли путаются, ноги дрожат. Есть не могу. При детях не плачу, лгу им: папочка в командировке. По ночам молюсь и рыдаю, рыдаю, рыдаю. Так. В тот день, когда случился взрыв, Роб приехал домой не в восемь вечера, как всегда, а под утро. Я очень нервничала, хотя муж предупредил: «Вернусь не знаю когда, Маслов попросил об одолжении, надо отвезти пакет в Подмосковье. Отказать ему я не могу. Игорь Кириллович – наш благодетель».
