И тут Игорь приехал, давай надрываться: «Эй, ты где? Куда пропала?»
Я к мужу помчалась, за корень дерева ногой зацепилась. Бух! Заплакала от страха, ну и больно еще было. Супруг спросил: «Обед готов?» А у меня картошка еще не чищена. Игорь рассердился, я ему объяснять начала: «Сон меня сморил, потом привидение явилось, деньги искало, обещало, что меня, как ее, убьют. Перепугалась я до жути, в окно выскочила, в кустах спряталась, вымокла вся. Не пойду больше в дом». Супруг сказал: «Раз тебе здесь не нравится, прямо сейчас уедем.
Только велю сторожу печь погасить».
– На даче был сторож? – удивился я.
Оксана сгорбилась.
– На участке стояли дача и маленький домик вроде сарайчика. Там жил хмурый дядька. Вокруг лес, соседей нет. Мужик стерег особняк, чтобы бомжи его не разграбили. Мрачный тип, лицо злое. Я его боялась. Мы с мужем уехали, больше он, к счастью, на дачу не ездил. А мне прямо дурно при одной мысли о ней становилось. Когда Игорь наши апартаменты покупал, он мне велел: «Трать деньги экономно, лишних не будет.
Весь запас я в хоромы вложил». Я заикнулась: «Может, дачу продать?» Супруг отмахнулся: «Кому она нужна? Вся развалилась, стоит в глуши, в Войтыкове газа-света-воды нет». Не успели сюда перебраться, как соседка заявилась с заявлением: «Я старшая по подъезду, хочу выяснить, кто у нас поселился». Дом старый, еще советский кооператив. Сейчас из первых жильцов одна Константинова осталась. А когда мы тут появились, единственными новенькими стали. Игорь пригласил Светлану чайку попить. Та села и давай вопросами сыпать.
Ну прямо как…
Оксана замолчала.
– Как я, – засмеялся я.
– Нет, – не согласилась хозяйка, – вы на работе. А у Светланы было одно любопытство. Когда Константинова ушла, муж категорически запретил в дом ее в дальнейшем пускать. Так она прямо терроризировать меня начала. Уроню на пол табуретку, и тут же дзынь-дзынь: «Здрассти. Что у вас случилось? Может, я могу помочь?» Телевизор погромче сделаю – дзынь-дзынь: «Ой, у вас скандал?» Потом она притихла, поняла, что ее дальше порога не пустят.
Но до сих пор иногда нет-нет да и звякнет в нашу дверь. Я в глазок гляну и не открываю.
– Когда-нибудь слышали от супруга про Роберта Шмидта? – спросил я.
– Один раз, – кивнула собеседница. – После ужина кто-то в дверь позвонил. Я подумала: Константинова! Но у лифта не она, а мужчина оказался. На вопрос «Вы к кому?» ответил: «Скажите мужу, к нему Роберт из банка». Фамилию он точно назвал, да я забыла. То ли Штерн, то ли, как вы говорите, Шмидт.
