– Нужно померить температуру, – окликает меня Оливия. – И литическую уколоть…
– Все по распоряжению главного, – поднимаю кверху глаза.
– Милена не простит, Захар, – еле слышно предупреждает мать моей племянницы.
– А откуда она узнает? – выгибаю бровь. Безмолвно даю понять, что особо болтать глупо. – И у тебя нашелся повод задержаться в нашем доме, правда? Вдруг мой брат передумает и женится на тебе…
– Сволочь ты, Захар, – в сердцах бросает Оливия. Развернувшись, выскакивает из номера.
– Далеко не уходи, – бросаю вслед.
Слышу, как сзади закрывается дверь, и спешу к Милене.
– Нам надо тебя переодеть, детка, – сажусь на постели. В ужасе смотрю, как раскрасневшаяся Блонди ничком лежит на постели. Волосы разметались на подушке, на щеках горит огнем яркий румянец, а бледный лоб покрыт испариной. Халат раскрылся на груди, открывая порозовевшие упругие полушария.
Осторожно стягиваю его с тонких поникших плеч, впопыхах натягиваю на Блонди свою белую майку и трусики. И чувствую как в моих руках пылает жаром моя любимая.
– Твою ж мать, – ощерившись, рычу себе под нос. Подрываюсь с места. Бегу к шкафу в коридоре. Достаю из аптечки термометр и возвращаюсь к любимой. Осторожно засовываю термометр ей под мышку и сам сажусь рядом. – Какого ты от меня отошла, Блонди? – выдыхаю порывисто. Осекаюсь на полуслове. Так и огрести недолго. Но Милена молчит, лишь только стонет тихонечко.
– Тридцать девять и девять, – в ужасе смотрю на столбик градусника и чуть с ума не схожу от страха и ужаса. Если она умрет, я тоже жить не захочу.
- Сюда все! Быстро! – не в силах справиться с паникой, отправляю голосовое в чат.
Бешусь от собственного бессилия и неожиданно вспоминаю, как лечила меня мама. Из узкого ящика комода достаю первый попавшийся носовой платок. Белоснежный. От Эрмэ. Да плевать!
Мочу его под холодной водой, выжимаю как следует и укладываю на лоб Милене.
«Сейчас главное не допустить спазма», - проносятся в голове чьи-то слова.
Комната постепенно наполняется людьми. Сначала входит Оливия, потом Мария, наш доктор, состоящая в штате гостиницы.
Суетятся, ставят Милене капельницы и уколы. Выхожу из спальни, боясь помешать."
"В открытую дверь я вижу Алису. Бабушка смотрит растерянно, не решается зайти. Рядом с ней маячит Лука. Объясняет что-то.
Делаю шаг навстречу.
– Я пообещал Милене, – прямо смотрю в глаза.
– Почему? – тихо всхлипывает Алиса.
– Ну откуда я знаю, что между вами произошло в первый день встречи? – пожимаю плечами.
