Вот и не нужно нам никакого Колосова Никиты…
Гущин – полный, лысый (свою лысину он еще молодецки брил а-ля Гоша Куценко), флегматичный пятидесятишестилетний «профи» – сидел за столом, с тоской вперяясь в новенький ноутбук.
– Федор Матвеевич, здравствуйте, а я к вам. Есть что интересное, а то «Вестник Подмосковья» материал требует, а у нас ничего в запасе.
– Приветствую, Екатерина Сергеевна. Ничего стоящего внимания прессы. Вы вот все время на компьютере пишете, ловко пишете, не глянете, что тут у меня за петрушка такая? А то я вконец потерялся с этой вашей техникой.
Катя глянула, «петрушка» была локальной внутриглавковской сетью, Гущин просто открыл не тот файл.
– Ух ты, вот что значит молодежь. – Для Гущина, привыкшего за свои тридцать пять лет службы к картотеке, Интернет был камнем преткновения. – Екатерина, есть одно убийство в Красногорске – я туда выезжаю. Так, ничего особенного: с целью ограбления. Если желаете, то…
На безрыбье и «с целью ограбления» сгодится. Катя быстро вернулась к себе в кабинет, собралась.
"
"И машина у полковника Гущина Федора Матвеевича была круче, чем у майора Колосова. Тот гонял на битой «бээмвухе», водил всегда сам. А тут тоже «БМВ», только новехонький и шофер – богатырь в бронежилете.
– Женщина убита в своей квартире. Сомнений нет – хотели ограбить. – Гущин сам толком еще был не в курсе. – Что-то там со способом проникновения чудно, прокурор Красногорска звонил мне, просил подъехать, посоветоваться.
Где кончилась Москва и начался Красногорск, Катя так и не поняла: и тут и там новостройки, гигантские жилые комплексы вставали как горы по обеим сторонам улицы.
Въехали во двор девятнадцатиэтажной башни салатового цвета. Во дворе было полно милицейских машин.
Прокурор Красногорска встретил Гущина у подъезда. Катя стояла в сторонке, чтобы не мешать, но и одновременно так, чтобы все слышать.
– Соседи сообщили в милицию. В квартире кошка дико орала, они стали в дверь звонить, а хозяйка не открывает. Но они точно знали, что она дома должна быть.
Вечером накануне в лифте вместе ехали. Фамилия хозяйки Лукьянова, зовут Вероника Валерьевна. Дверь пришлось взломать. Там сейчас эксперты, следователь наш.
– Как убита?
– Два пулевых ранения – оба в голову.
Они поднимались наверх во вместительном грузовом лифте. Катя считала – десятый, двенадцатый, четырнадцатый этаж. Высоко жила эта бедняга.
В прихожей однокомнатной квартиры работали эксперты. Осматривали входную дверь.
