У него еще такое прозвище необычное. Доктор Деметриос предпочитает называть его не по имени – Олег, а по этому прозвищу Гай, так ему приятнее, что ли, комфортнее – уж и не знаю.
– Скажите, а этот Купцов-Гай, он был знаком с Лукьяновой?
– Нет.
– Вы уверены?
– Абсолютно.
– А спутница Купцова – молодая девушка некая Вахина Лолита – он вчера приехал вместе с ней к вам в Калашный переулок, она, правда, в офис ваш не поднималась…
– Я не знаю такой, простите. Я знаю, то есть я видела у нас в офисе его жену. Доктор Деметриос имеет обыкновение в сложных случаях с проблемными пациентами-мужчинами, если они женаты, непременно приглашать на собеседование и их жен.
Так что она была, и я ее видела. Такая вся из себя женщина… Ее зовут… дай бог памяти… Елена Константиновна. А эту Вахину…"
"«Сказать ей, что спутница Купцова жила в ее доме, на пятом этаже в съемной комнате? А теперь вот уже больше не живет», – Катя колебалась.
Вспомнились пакет с его жутким содержимым, ступени лестницы, залитые кровью, эта веревка…
«Нет, ей это знать пока не обязательно.
ЭТО потом и так всплывет, когда мы все осмыслим… ВСЕ ЭТО как-то проанализируем, разложим по полкам…»
– А почему вы спрашиваете? – словно подслушав ее мысли, тревожно спросила Ираида Викторовна. – Почему вы… Это что, имеет отношение к смерти Вероники?
– Нет, – быстро ответила Катя, взглядом показав насторожившемуся коллеге из МУРа: «Да, возможно, как-то, что-то, косвенно или же…»
Странное совпадение: подруга одной жертвы и другая жертва жили в одном доме, на одной улице… Единство места.
И они все трое: Лукьянова, Журакова и девушка по имени Лола бывали в Калашном переулке, где обосновался психолог, которого посещала Катя…
Кате внезапно стало жарко. Что же это такое? Сначала было убийство в Красногорске. Потом это жуткое убийство в Текстильщиках, и обе жертвы имели косвенное отношение к доктору Деметриосу. А свидетельница Журакова имеет к нему самое прямое отношение – она его секретарша!
Катя вспомнила разговор Ираиды Викторовны по телефону там, в офисе, тогда… Ах, если бы знать!
– Скажите, а вы говорили Игорю Юрьевичу о своей тревоге по поводу пропажи Лукьяновой? – Катя спросила это навскидку.
– Говорила, жаловалась. Он меня успокоил. Сказал, что, может быть, у нее роман. Разве мог он предполагать, что с ней такая беда. Разве я могла такое о ней подумать? Мне даже в голову… Господи, да я… Сегодня, видите, я даже на работу не вышла, нас никого жильцов из подъезда не выпускают.
