Она посмотрела на меня сквозь волосы и протянула мне мочалку. Это был еще один маленький шаг. Она возвращалась. Когда она оперлась на мою руку, я почувствовал, как мое сердце подпрыгнуло. Я медленно погладил ее по спине и улыбнулся, потому что у меня появилась надежда; темные ночи заканчивались.
МЕЛОДИ
День 23
— Итак, я должен признаться, — сказал Нил, расхаживая передо мной.
Отлично, еще один, — подумала я, нарезая стейк.
— Лиам хотел, чтобы я унес это с собой в могилу, но ты молчишь. Мы все перепробовали, так что, может быть, ты так разозлишься на него и на меня, что перестанешь это делать.
— Он остановился и посмотрел мне прямо в глаза, но я просто медленно ела.
— Я подстрелил Лиама, потому что он попросил меня об этом. — Он ждал моей реакции, но я не могла проявить эмоции.
Он нахмурился.
— Серьезно? Ты ударила меня электрошоком, ты ударила Деклана ножом, и все, что ты можешь сейчас делать, это пялиться на меня? Это не ты, Мелоди. На самом деле, это превзошло все ожидания после первой недели. Я понимаю, тебе грустно, но Лиам проходит через ад ради тебя.
Он не остановится, пока не убьет их всех. Я знаю, что безжалостная женщина, которую мы все любим и боимся, все еще там, внутри, так что не могла бы ты, пожалуйста, выйти сюда и надрать мне задницу или, по крайней мере, пристрелить Лиама еще раз?
Я только что поела. Это было единственное, что я могла заставить себя сделать.
ЛИАМ
Я добрался до нашей спальни как раз в тот момент, когда Нил выходил. Он посмотрел на меня и нахмурился, прежде чем уйти.
— Мы должны сходить в церковь, дорогая, — сказал я ей, входя.
По крайней мере, она ест.
Она не ответила. Она так и не ответила, и это начинало выводить меня из себя. Но я не мог выйти из себя.
— Мы уже пропустили три мессы. Пропустим четвертую, и люди могут подумать, что я убил тебя. — Я улыбнулся.
Схватив пульт, она включила телевизор и, конечно же, не отправилась на воскресную утреннюю мессу. Это было довольно забавно и мило. Покачав головой, я снял обувь и пиджак, прежде чем запрыгнуть на кровать.
Она протянула мне бутылку вина, но по-прежнему ничего не сказала. Поцеловав ее руку, я взял ее и выпил.
— У тебя есть хлеб? — Спросил я, и вот она, небольшая ухмылка. Это заставило мое сердце подпрыгнуть от радости, на глаза навернулись слезы, и это было мое личное воскресное чудо.
Она ничего не сказала, но одной ухмылки было достаточно, чтобы помочь мне пережить остаток дня.
МЕЛОДИ
ДЕНЬ 25
— Я не знаю, что тебе сказать, — сказал Седрик.
