— Она уже говорит? — спросил мой отец, но он знал ответ.
Нет…нет, но она скоро заговорит. — Я должен был верить, что она оправится от этого.
— Не теряй надежды, сынок.
Легче сказать, чем сделать.
МЕЛОДИ
День 14
— Я был влюблен в тебя, — прошептал Деклан со своего места в ногах кровати. — Влюбленность — такое глупое слово. Это больше походило на похоть. Мне не следовало бы рассказывать тебе об этом, но я надеюсь, что ты разозлишься и надерешь мне задницу. Знаешь, как сделала бы Кровавая Мелоди. Я знаю, Лиам сдерет с меня шкуру живьем.
Нет, серьезно, он действительно заставил нас снять кожу с одного из Валеро. Как будто он насмотрелся исторического римского руководства по пыткам. Я не удивлюсь, если в следующий раз мы кого-нибудь распнем.
Мне нужно повесить на дверь табличку «Не беспокоить»."
"— Да, так что, пожалуйста, не говори ему. Может быть, однажды, когда мы станем старыми и седыми… Нет, даже тогда. Он будет маразматиком, а возможно, и того хуже. Иногда он ведет себя точь-в-точь как наш дедушка, а наш дедушка — безумный, извращенный засранец в высшей степени.
Он живет в Ирландии и предпочитает оставаться там, и это хорошо. Он бы понял, почему я вожделел тебя. Трудно этого не делать. Я думаю, что так делает каждый мужчина с работающим членом. Но я единственный, кто настолько глуп, чтобы говорить об этом вслух. — Он смеялся, потому что был глуп.
Очень глупый. Неудивительно, что Коралина злится на него.
— Теперь это прошло. Не то чтобы ты не привлекательна, потому что ты привлекательна, но я думаю… я знаю… я хочу свою жену намного больше.
Ты имеешь к этому кое-какие отношение. Я не знаю, как тебе это удалось. Может быть, это просто из-за того, что ты просто есть. Но ты сделала это. Ты взяла моего ягненка и превратила ее в тигрицу. Она не львица, как ты, но сама по себе смертельно опасна. К тому же новая прическа с каждым днем кажется все сексуальнее, — сказал он.
Закрыв глаза, я снова заснула, изо всех сил стараясь заглушить его голос.
ЛИАМ
День 18
— Я, кажется, сказал, что не брать людей из Финляндии? — Спросил я их, отпивая прямо из бутылки.
Антонио кивнул.
— Вы сказали, сэр, но она заметила одного из наших людей в аэропорту, прежде чем они успели улететь. У них не было другого выбора, кроме как взять ее с собой.
Вздохнув, я уставился на блондинку, известную как любимая любовница Вэнса, Гера Помпилио. Теперь я ничего не мог изменить. Она была не той крупной рыбой, которую я хотел, но я мог использовать ее в качестве наживки.
