Затем его нужно было подписать нам с Лиамом в день нашего восемнадцатилетия и потом в течение первого года брака.
— Да, а он? — спросила я, как раз в тот момент, когда передо мной остановился белый «Астон Мартин». Ухмыльнувшись, я повернулся к Монте и Феделю и кивнула: так намного лучше.
— Нет, пока нет. Но он, его отец и братья прибудут в любой момент, чтобы сделать это. — Отец практически кашлял легкими, но я к этому привыкла.
Взяв ключи у Монти, я скользнула внутрь и показала ему, чтобы он тоже садился.
Парень все сделал хорошо. Он мог ехать рядом со мной."
"— Так что я предполагаю, что это означает, что он еще не заметил изменений, — это должно было быть интересно.
— Ты имеешь в виду, где ты требуешь, чтобы тебя держали в курсе и согласовывали все будущие решения, касающиеся бизнеса? — Орландо рассмеялся. — Будет весьма интересно посмотреть на его реакцию. Это не обычная позиция, в которую играют жены.
Я фыркнула, нажимая ногой на газ, ряд черных седанов последовал за мной, когда я выезжала из аэропорта.
— Это не подлежит обсуждению. Если он хочет получить долю в моей империи, то я должна быть уверена, что он не разрушит ее. Его брат взломал наши записи сегодня утром. Они знают, сколько мы стоим. Он собирается подписать контракт и смириться с тем, что я ненормальная. Я не ожидаю, что все будет нормально, — сказала я, летя по проселочным дорогам, которые должны были привести к нашему дому в Чикаго, несмотря на то, что мы никогда не проводили время здесь.
Теперь я застряла в этом городе.
— Ты позволил им взломать наши записи, — я улыбнулась.
Монте посмотрел на меня, качая головой, но тоже усмехнулся. Он знал, о чем я говорю, даже если не мог слышать весь разговор.
Деклан был хорош, даже великолепен. Он был одним из трех человек, которые могли взломать мои брандмауэры первого уровня, второй был мертв, а третьим была я. Если бы Каллахан не согласился, что сделало бы его идиотом, тогда я бы похоронила Деклана рядом с номером два.
Я ненавидела хакеров, которые были против меня.
— Моя дорогая, если бы ты не была моей дочерью, я бы боялся тебя, — я слышала улыбку в его голосе по телефону.
— Это потому, что я твоя дочь, ты должен меня бояться, — в свое время Орландо мог заставить взрослых мужчин плакать и умолять о пуле. Если Орландо добирался до них, боль была гарантирована.
— Ты одна из лучших лидеров, которые когда-либо существовали. Но не стоит сбрасывать со счетов Лиама Каллахана.
