И вот я смотрю на это полуобнажённые чудо и курю кальян на вине, специально выпуская облака дыма в сторону танцовщицы.
Чувствую себя инвалидом, поскольку девка реально сексуальная и двигается красиво, постепенно обнажая свои прелести, а я ее не хочу. Банально не стоит, даже не колышется.
Полтора месяца! Полтора месяца у меня не было секса! Даже с собственной рукой! Но тело не реагирует на женщину. Не возбуждает. И это бесит. Злюсь больше на себя и на Лису. Она, мать ее, ведьма! Попробовал ее один раз и никого не хочу.
Быть такого не может! Это же просто физиология! Кажется, мое возбуждение теперь возникает в голове и с определенной женщиной. Но я упрямо пытаюсь себя переубедить, придумывая новые извращения.
С Амелией мы не развелись, хотя процесс запущен. Ещё пару недель — и половина состояния ее папочки с нужными активами перетекут мне, а потом можно будет давать адвокатам команду разводить нас. Мы живём в одной квартире, но каждый своей жизнью. Амелия ещё лелеет надежду сохранить брак, а я не спешу ее разочаровывать.
Жестоко, учитывая, что лично мне эта женщина ничего плохого не сделала, и я не имею права ее мучить. Но, как говорится: ничего личного, просто бизнес. Она, конечно, строит из себя оскорбленную и униженную женщину, но продолжает играть роль примерной жены, в ожидании, что я изменюсь и паду к ее ногам. Глупая, не понимает, что мне уже ничего не нужно, и я не собираюсь ничего изображать. По возможности стараюсь ее избегать, ссылаясь на загруженность на работе, а на самом деле тяну время.
— Иди сюда! — подзываю к себе девку. — Стой! — торможу ее, когда она спрыгивает со сцены. — Ползи! — приказываю я. Секундное промедление — и девка опускается на четвереньки. Смотрю на нее внимательно, думая о том, что меня раньше это все заводило с пол-оборота. А сейчас безразлично. Чертова Лиса уничтожила для меня всех женщин. И я идиот, нужно было изначально не вестись на нее.
Девка приползает и покорно садится рядом со столом. Вызываю официанта и прошу его убрать все со стола, кроме алкоголя.
— Снимай трусы и давай их мне, — говорю ей, когда мы остаемся наедине. — Садись на стол лицом ко мне, — указываю на низкий стеклянный столик. Девка покорно кивает, похотливо улыбаясь, и стягивает бельё. Она садится задницей на стол и протягивает мне черные кружевные стринги. Смотрит на меня с интересом, тяжело дыша, словно возбуждена. И это странно, поскольку шлюхи обычно пытаются только что-то бездарно изобразить. А эта походу идейная. Любит свою работу.
