Если нанести агрессивный макияж, распустить волосы и надеть чулки со шпильками, я стану похожа на стриптизершу в роли медсестры. А так это просто милый женственный халат, который я ношу с белыми носками и тапочками. Фотографирую себя сверху на фоне рабочей кушетки и отправляю Тимуру. До него доходит фото, он ее просматривает, но долгое время не отвечает. А у меня сердце почему-то заходится. Мамочки! Меня, и правда, зацепил этот хищник. Я скучаю? Нет, не тоскую, потому что между нами, по сути, ничего не было, но и забыть его не могу.
«Скажи, что это специально для меня, и ты не работаешь в таком виде?»
А теперь я намеренно молчу. Мою руки, расставляю масла и крема на столик.
«Даша-а-а-а-а-а! Отвечай!» — пишет так, словно я принадлежу ему, это, наверное, и цепляет. Всем женщинам нравится, когда их берут, а не ходят вокруг и ждут разрешения.
«Мне пора работать, Тимур Эдуардович».
«Ты даже по телефону умудряешься меня продинамить. Я отхлещу тебя по заднице!» — читаю его ответ и довольно улыбаюсь, но не отвечаю.
Настроение поднимается, и я как школьница продолжаю улыбаться целый день. Может, хищник не такой уж страшный, и его можно приручить?
* * *Он писал мне в течение месяца. Мы общались ни о чем. Тимур будто лил сироп, завуалировано намекая, как меня хочет. Мы больше флиртовали и шутили, не вдаваясь в ход жизни друг друга. Только однажды он намекнул, что скоро прилетит и все равно меня отшлепает, но я даже не подозревала, насколько быстро это случится…
У моей любимой крестницы Даночки сегодня день рождения.
Первый настоящий праздник. Я, конечно, не могу одарить ее шикарными подарками, но на это у нее есть состоятельный отец, который ужасно ее балует. Я покупаю забавного зайца, зная, что Даночка любит мягкие игрушки.
К усадьбе Артура я приезжаю на такси. На улице сегодня морозно и ветрено, поэтому я быстро бегу к огромному дому, закрываясь от метели. Слышу в гостиной музыку и звонкий голос Лерки, быстро раздеваюсь, возле большого зеркала поправляю платье, переобуваюсь в туфли и бегу поздравлять племянницу.
— А где моя буся? — улыбаюсь, видя Дану на руках Артура. Наша девочка папина доча, и мне очень импонирует, что Артур просто обожает дочь.
— Явилась, хабалка! — цокает свекровь Лерки, пренебрежительно меня осматривает. С этой женщиной у меня особые отношения. Это Лерка терпит ее закидоны и отвратительный характер, а я не собираюсь и периодически вступаю с ней в перепалки, ставя эту женщину на место.
