Не хочется ничего ни объяснять, ни оправдывать, ни высказываться и ни бередить прошлое, а донести до нее все языком тела, любить ее молча, без слов, чтобы не спугнуть. Но так не получится… Женщины любят ушами. Да и я гнал ее громкими словами… Время расплачиваться.
Подхожу к ней сзади и ставлю на подоконник стакан, обхватываю хрупкие, напряжённые плечи, но Даша ведет плечами, сбрасывая мои руки. Неохотно подчиняюсь, но стою почти вплотную, вдыхая запах ее волос. Даша медленно выпивает воду и крутит в руках бокал из тонкого темного стекла.
— Прости за машину. Я действительно полная идиотка, это все алкоголь и эмоции, — тихо говорит она.
— Это все ерунда, ты можешь разбить все мои машины, главное будь рядом.
— Давай не будем выяснять отношения, это ни к чему. Просто вызови мне, пожалуйста, такси, и я уеду, — с горечью в голосе просит она. Нет, Лиса. Ты же не хочешь уезжать — я чувствую.
— Нет. Я не отпущу тебя больше. Ни-ког-да, — тяну слово по слогам, водя губами по ее мягким волосам.
— Тимур… — произносит на выдохе, недоговаривая.
— Тихо, Лисичка. Послушай меня, пожалуйста, — прошу я, делаю шаг и немного вжимаю ее в подоконник.
— Тимур, я все понимаю, просто отпусти меня. Я не смогу так. Я не кукла. Завтра тебе покажется еще что-то, ты меня вышвырнешь, я не выдержу, — надрывно просит она.
— Тсс, просто послушай. Это пока все, чего я прошу, — все-таки обнимаю ее за плечи, медленно веду ладонями по рукам, согревая и ее, и себя.
Между нами пока ледяной холод и стена отчуждения, несмотря на то, что мы рядом. Она молчит, и я принимаю это за знак согласия.
— Я женился рано для мужчины — в двадцать четыре. Просто не мог устоять перед девушкой, которую любил. — Даша напрягается, вновь пытается вырваться. — Тихо! — удерживаю ее, улыбаясь в волосы. Ревнует. А я кайфую от ее эмоций. Значит, не все потеряно. — Мне только казалось, что люблю. Тогда со мной такое случилось впервые. Увидел Милену и пропал. Наверное, еще тогда нужно было насторожиться и не воспринимать эту тварь серьезно.
Мы трахнулись через час после знакомства. Меня тогда жестко переклинило. Дальше — больше. Встречи, свидания, сумасшедшие ночи — я заваливал ее дорогими подарками, она отвечала умопомрачительным сексом. И ведь тогда мне казалось, что это не просто похоть, а нечто большее.
Мы поженились через пару месяцев. Я не хотел ее терять. Милена клялась в любви, и я как идиот верил.
