Марк отступает, хлопает дверь морозильной камеры, а через минуту ноги касается приятная прохлада. Смотрю на Рождественского сквозь пелену непролитых слез и произношу настороженно:
– Ты странно себя ведешь.
– Да ну? Дима сказал, что ты отрубила себе палец.
– И ты решил меня спасти?
– Тащусь по расчлененке.
Сдавленно усмехаюсь и стираю слезы со щек. Даже если он и правда ведет себя странно, мне это почему-то нравится.
– Во второй стопе осколок. – Я подтягиваю ногу. – Вытащишь?
– Эй, ребят, – тихо зовет Дима из-за двери.
– Ну как там? «Скорую» вызывать?
– Только если тебе, – отвечаю я, глядя на побелевшее лицо брата, заглядывающего в комнату. – Дим, иди лучше приляг.
– Может, нужна помощь?
– Нет! – отрезаю я.
– Почему?! – возмущается Дима. – Почему ему можно, а мне нет?! Я думал, мы… мы…
Сжимаю руки в кулаки, царапая ногтями мраморную столешницу."
"Потому что не он оставил меня одну, когда был нужен больше всего. Не он ночами пропадал, пока я рыдала в подушку. Не он сказал, что мы больше не семья.
Я научилась справляться сама. Научилась! А теперь что? Снова поиграем в заботливых родственников?!
Не произношу ни слова, но, кажется, Дима все чувствует. Он опускает взгляд и тихо скрывается за дверью. Тонкая боль пронзает ступню, и Марк показывает мне окровавленный осколок.
– Готово.
– Спасибо. Ты можешь…
– Зря ты с ним так.
Не могу сдержать ядовитой усмешки и пихаю Марка носком в живот, заставляя попятиться:
– Так иди и пожалей. Ему сейчас это больше нужно.
– Ты ведешь себя, как сука.
– Почему же как? Я и есть она, Марк. Разве Дима не говорил? Не предупреждал?
Он недовольно качает головой, поджимая губы, и бросает беглый взгляд на закрытую дверь:
– Ты думаешь, что он плохо к тебе относится, винит в чем-то, но это не так. Он…
Мышцы шеи и лица сводит, словно по венам пустили электрический ток. Я пыталась вести себя нормально, но то, как все тут ему чуть ли не поклоняются, выводит из себя. Ну конечно, Дима всегда был хорошим, а вот я… Заливисто смеюсь, толкая Марка еще дальше:
– И ты тоже? Защищаешь друга? Это так мило, сейчас расплачусь! А знаете что? Лучше мне вас оставить.
Позовите Соню, батюшку, президента и все вместе, дружным хороводом…
– Хватит! – грозно произносит Марк.
– А что не так? Я же хочу, как лучше.
– Лучше бы вам…
– Что?! Ну что?! Поговорить?! Волшебные силы откровений! – Машу руками в разные стороны, будто раскидываю по комнате пыльцу фей. – Дайте мне надежду! Спасите от обид!
– Ты больная.
