У нас нет доверия, Марк. Вот в чем соль. Нет ничего реального, за что можно было бы зацепиться, потому что весь наш бэкграунд – чистый эротический сюр. И эта размытость бьет по нервам, а я такое не люблю. Да и ты тоже. Тебе это не нужно. Ты влюблен в работу, у тебя уже есть устоявшийся порядок в жизни. Я не хочу его менять, не хочу туда лезть. И в своей жизни кардинально ничего менять не собираюсь.
– Красиво стелешь.
– А как мягко.
– Что, если ты отлично вписываешься в мой порядок?
– Тебе кажется. Все, что у нас было, вырвано из реальной жизни.
Считай, курортный роман. Потрахались, погрустили и забыли.
– Для меня все было реально.
– Потому что я была на твоей территории, и до меня можно было дотянуться в любой момент. Дальше так не будет, Марк, и ты первый же и соскочишь. Зачем это мне? Что я получаю?
– Я тебя услышал.
– Хорошо, – с облегчением, которое точно не продлится дольше пары секунд, выдыхаю я. – Тогда… пока.
Марк кладет трубку, так ничего и не сказав, а я забираюсь под одеяло, укрываясь с головой.
Даже не знаю, от чего мне завтра будет хуже. От похмелья или от этого разговора?"
"Двенадцатичасовой сон спасает половину воскресенья, а вот вторую не может спасти ничего. Чувствую себя разбитой, но мысли о том, что я все сделала правильно, помогают встать с кровати, собрать вещи для стирки и отнести их в прачечную, которая находится в подвале дома. Сижу на скамейке и смотрю на то, как цветное белье крутится в барабане, а из головы не хотят уходить слова Марка о том, что он хочет, чтобы я была частью его жизни.
Бессмыслица какая-то. Вспоминаю, что сказала мне мама, когда я заявилась к ней посреди ночи, и еще больше окунаюсь в опустошенное отчаяние.
Марк не умеет строить нормальные отношения, я, похоже, тоже. Мне нужен хоровод внимания, ему – отсутствие ограничений. Реально ли это? Наверное, да, но нужна практика, а для нее – время и силы. Чтобы создать что-то стоящее, нужно постараться, а у нас… несколько быстрых скачков из противостояния в койку. На таком фундаменте ничего не построишь.
Достаю белье из сушильной машины и поднимаюсь из подвала в холл. Стук по входной двери привлекает внимание, и я замираю на месте. Через стеклянное окно, покрывшееся разводами от дождевых капель, в дом заглядывает знакомое лицо. Большая ладонь машет мне, а палец указывает вниз на замок. Прижимаю вещи к груди, быстро поднимаюсь по лестнице и закрываю дверь квартиры. Это что еще за приколы?!
Запихиваю вещи в шкаф, беспокойство выкручивает ребра.
