Его стойкость, принципы, уверенность в себе и своих действиях. Его надежность, а не пустые обещания, его безопасность, за которой прячется целый отряд снайперов. Парадоксально, тяжело для восприятия, словно я пытаюсь разгадать загадку, где правильных ответов два, и они противоречат друг другу. Мы с Марком сходимся во многих пунктах, а даже если и нет, то можем хотя бы понять друг друга. Это наш главный козырь, тот самый белый флаг.
Навязчивая мысль пульсирует в висках, разливаясь волнами восхищения. Не важен срок. Не важен исход.
Только я и он. Вместе, но обособленно. Рядом, но не в наручниках. Никакого провидения, никаких домыслов. Только разрешение, обоюдное, смелое и честное. Принятие во всех его проявлениях. Позволение быть собой, несмотря на обстоятельства. Марк пропевает последние строчки, щекоча дыханием щеку, и баюкает меня в своих руках под окончание мелодии. С трудом стою на ногах, расслабленная и окутанная тонким покрывалом откровений, которых сегодня уже было немало.
– С ума сойти, – приглушенно произношу я.
– Рождественский, это просто незаконно.
– Снова скажешь, что сдашь меня в полицию? – Он потирается носом о мой висок.
– Не-е-ет. Лучше оставлю тебя себе.
– Как мило.
Не без труда разворачиваюсь и поднимаю подбородок. Глаза Марка прищурены, рядом с внешними уголками лучики-морщинки.
– На фига тебе рэп с таким голосом?
– Ты просто не слышала, как я читал.
– А могу услышать?
– А хочешь?
Покалывание появляется на кончиках пальцев, ладони Марка скользят по моей спине. Звезды над нами искусственные, но звезды внутри нас самые настоящие.
– Я хочу все, – говорю с непоколебимой уверенностью.
– Значит, получишь, – без раздумий отвечает Марк.
Устроившись в обнимку на диване перед ноутбуком, отправляемся на прогулку по воспоминаниям о молодой славе. Большая часть видео с выступлений ужасного качества, но это не мешает мне узнать в высоком сухом пареньке юного Рождественского. Он, очевидно, обожал широкие спортивные штаны и кепки с прямыми козырьками, которые чаще всего носил в руках, а не на голове.
Татуировок было еще не так много, а короткая стрижка придавала хулиганский шарм. Хорошо, что мы познакомились с ним сейчас. Взрослым он мне нравится куда больше.
– Во-во! – Он включает еще одно видео. – Это был наш главный хит!
– Ну-ка, ну-ка, – приговариваю я."
"На экране появляется вертикальный кадр, деревянная уличная сцена с плохим освещением, темные головы и руки. Все это словно из другого мира, хотя прошло всего-то десять лет.
