Опять? Или член не опадал вовсе?
Кладу руки на мужские колени, будто на подлокотники. Свои ноги выпрямляю и подставляю под бьющий поток воды.
— Даш, останешься на ночь?
Ратмир прижимается ко мне щекой. Дышит нервно. Его сердце колотится.
Я поворачиваю голову и вскидываю взгляд.
Теплая влажная ладонь обхватывает горло. Мир бодает лбом мой лоб и, прикрыв глаза, скользит губами по моим, вызывая лёгкую вибрацию внизу живота.
— Извини. Останешься?
Я вспоминаю, как Янка твердила — её брат никогда не признает собственную неправоту.
Слышу обратное. Таю. Сдаюсь. На самом деле я давно соглашаюсь, но внешне до последнего сопротивляюсь.
— При одном условии, — тихо шепчу. — Позволишь долечить тебя?"
"Глава 25
***
Мир в хорошем расположении духа, поэтому позволяет.
Сомневаюсь, что чувствует себя настолько виноватым, но тем не менее мужественно соглашается вытерпеть все экзекуции и даже выпивает обезболивающие препараты, после которых не будут мучить головные боли.
Я воодушевляюсь. Свечусь восторгом. Наполняюсь уверенностью и раскрепощаюсь.
Обильно нанеся слой натуральной мази на раны, осматриваю фронт работы. Такой запах перебьет не только мой, но и полностью заблокирует обонятельный нерв.
Неважно. Главное, чтобы помогло.
Ратмир сидит на высоком стуле у барной стойки и вспоминает, что именно так пахла его покойная прабабка, когда занималась лечением спины и обматывала при этом поясницу толстым шерстяным платком.
Ассоциации — антисекс, но мне классно и весело. Как давным-давно не было, а возможно, и никогда в жизни.
Веду себя смелее, крутя бёдрами. Не стесняясь соблазнять и нравиться. Чувствуя при этом мощную отдачу.
Волосы после душа влажные. На мне широкая белая футболка, которую любезно предоставил хозяин квартиры. Под ней — нет белья. И Мир совершенно точно об этом знает, поэтому, как только я приближаюсь к нему — распускает руки, оглаживая и сминая ягодицы.
Я всматриваюсь в по-мужски красивые черты лица. Ловлю жадные взгляды и импульсы. Раз за разом прокручиваю в памяти наш секс.
Предполагаю, будет ли ещё. Скорее всего да. Иначе для чего нужно было оставлять меня здесь на ночь?
Пока с трудом представляю повторение, потому что по ощущениям — между ног одна сплошная рана, но я вполне готова к компромиссам.
— Не работай больше в клубе, — серьёзно произносит Ратмир.
Взгляд прямой и хмурый. Шутки кончились. Перевести тему тоже не получится — слишком остро она между нами стоит.
— Почему?
Шумный выдох звучит довольно раздражённо.
