Они торопятся и игнорируют мои оправдания по расписанию, намереваясь сесть и заказать алкоголь, поймав дозу адреналина, но я всё равно веду себя согласно правилам — приветливо и улыбчиво. Действуя, как робот.
Когда в центр клетки выходит ведущий и торжественно объявляет о начале вечера — запрограммированное состояние дает сбой.
Я не на шутку волнуюсь.
Без конца дёргаю юбку, смотрю на часы. По времени — мне пора уезжать. По состоянию души — хочется остаться и хотя бы одним гладком взглянуть.
Гул голосов вызывает протест и неприязнь.
Я собираю вещи в сумку. Руки вовсе не слушаются.
— Даш, проводишь? — спрашивает Арина и указывает на опоздавшего ВИП-гостя.
Киваю. Цепляю на лицо неестественную маску. Веду крупного здоровяка за стол у самого ринга, распинаясь изо всех сил.
Билеты сюда стоят катастрофически дорого. И будь у меня выбор — я бы лучше сходила на какой-нибудь творческий концерт, чем впитывала кровь и жестокость.
— Приятного вечера, — обращаюсь к мужчине и разворачиваюсь, чтобы скорее уйти.
На моей руке смыкаются толстые, как сардельки, пальцы. Я злюсь, потому что который раз нарываюсь на грубость от мужского пола.
— Малыш, задержись ненадолго, — просит посетитель.
Засунув подальше всё свое отвращение, спокойно объясняю:
— Это запрещено.
Волнами ощущаю за спиной насилие. Слышу глухие удары, крики и стоны. Чувствую, как мурашит.
Делаю ошибку и оборачиваюсь.
Сердце с разбегу падает в желудок, а затем взлетает к горлу. Оно трепещет и мечется.
Ратмир уверенно перемещается по рингу.
Тело напряжено и собрано. Концентрация на уровне. Характерная стойка, выпады рук.
Нападает жестоко и правильно. В нем повадки настоящего хищника. Тактика чёткая, удары быстрые и резкие. Кажется, будто смертельные.
— …заплачу, сколько скажешь, — доносится голос ВИП-гостя. — Не обижу, красавица.
Я дёргаюсь, ищу глазами охрану. Задерживаю дыхание, чувствую слабость. Самостоятельно убираю настойчивые руки, которые гуляют по телу и вызывают единственное желание — помыться с мылом.
Мир вскидывает взгляд, отвлекаясь.
Замирает. Смотрит прямо на меня из-за металлических прутьев ринга.
Шумно втянув носом воздух, перебирает ногами. Ноздри расширены. В зрачках полыхает огонь. Наш зрительный контакт длится буквально пару секунд, но этого с лихвой хватает, чтобы пропустить мощный удар.
Я вскрикиваю, когда голова Ратмира неестественно дёргается, а изо рта вылетает струйка крови. Следом за этим ударом сыпется порция других — не менее сильных и убийственных.
