Ах, Мэри, зачем бороться с общественным мнением? Все дело в том, что Дик был бы жив, если бы не я. И возможно, моя мать тоже не умерла бы. Из-за меня они потеряли пятнадцать лет жизни.
– Однако вы делаете вид, будто вас это не волнует, и это на протяжении всех пятнадцати лет! Почему?
– Я порвал с воспитанными и образованными людьми. – Лорд Эдмонд ухмыльнулся, и его глаза насмешливо блеснули. – Ты любишь читать и размышлять, верно? Любишь общаться с умными людьми своего круга и гордишься своей ученостью. Хотя, возможно, здесь я к тебе несправедлив, и ты не претендуешь на звание мудреца.
Мэри, мудрость нельзя почерпнуть из книг.
– Мы сменили тему?
– Никоим образом. Я просто говорю, что ты не задала бы своего вопроса, если бы была чуть-чуть мудрее, чем считаешь себя.
– Но вы не отказались ни от пьянства, ни от других излишеств, которые, должно быть, и привели к несчастному случаю. Я думаю, вам следовало бы без сожаления бросить все это. Тогда вы могли бы доказать своей семье, что для вас это тоже большое горе, и помирились бы с родными.
Лорд Эдмонд только рассмеялся над ее словами.
– Неужели вам это абсолютно все равно?
– Одному я оставался верен на протяжении многих лет – своему обязательству перед Доротеей.
– Возможно, было бы лучше, если бы вы этого не делали.
– Несомненно. Мне не пришлось бы тогда носить столько лет эту тяжесть.
– Вы даже не раскаиваетесь! – с негодованием воскликнула Мэри. – А еще говорите, что хотели бы, чтобы я видела в вас достойного человека. Не вижу в вас ничего достойного, милорд!
– Нет.
– Лорд Эдмонд положил одну руку на бортик ландо, а другую вытянул вдоль спинки сиденья, почти коснувшись плеча Мэри. – То есть во мне нет ничего достойного внимания. Может, все-таки ограничимся разговором о погоде?
– Пожалуй. Но вам все же следует знать, что любой интерес, который вы ко мне проявляете, совершенно неуместен. Возможно, существуют женщины, которых приводят в восхищение бестактность и наглость и которые расценивают это как признак мужественности.
– Существует много женщин, которых приводит в восхищение мой толстый кошелек и которые готовы на все ради части его содержимого. Но, Мэри, – продолжал лорд Эдмонд, не обращая внимания на то, что она покраснела и отвернулась, – ни одна из них не может сравниться с тобой в постели. Я не могу забыть той ночи и хочу, чтобы она повторилась. Я хочу заниматься с тобой любовью.
– Быть может, вы и мне предложите плату? – Мэри возмущенно повернулась к нему.
