Вокруг мистера Пипкина снова собрались любопытные или те, кто чувствовал, что правила приличия диктуют не оставлять поэта без внимания, и Мэри сама подвела нескольких гостей к этой группе. Вторая сложилась произвольно, там обсуждали пьесу, которая шла накануне в «Друри-Лейн». Третья, и самая многочисленная, конечно, окружала мистера Бисли.
Мэри тоже присоединилась к этой группе, несмотря на то что там же присутствовал и лорд Эдмонд Уэйт, молчаливый и насмешливый зритель; во всяком случае, он оставался таковым какое-то время.
Мистер Бисли, завершив длиннющий монолог, в котором он излагал некоторые из своих самых радикальных теорий, снисходительно оглядел собравшихся возле него слушателей. В толпе послышались тихие возгласы удивления, неодобрения и даже возмущения, но никто не выступил против него открыто, как, безусловно, поступил бы сэр Элвин Магроув, будь он здесь, никто, пока этого не сделал лорд Эдмонд.
– Бисли, – скучающим тоном, но совершенно отчетливо произнес он, когда великий человек сделал паузу, чтобы перевести дыхание, – вы задница.
Все, включая мистера Бисли, окаменели. Но этот политик недаром на протяжении нескольких лет был членом парламента. Он почти мгновенно пришел в себя и переспросил тоном, не сулившим ничего хорошего человеку, осмелившемуся на критику:
– Прошу прощения, сэр?
– Вы задница, – повторил лорд Эдмонд, и Мэри зажмурилась, побледнев от негодования. – Не представляю, как все эти, несомненно, умные люди могут стоять здесь и вежливо слушать эту полнейшую бессмыслицу.
– Милорд, – инстинктивно шагнув вперед, промолвила Мэри с выражением, подобающим хозяйке дома, но совершенно не представляя себе, как сгладить неловкость момента, однако мистер Бисли, успокаивая ее, поднял раскрытую ладонь.
– Не расстраивайтесь, мадам, прошу вас. Думаю, джентльмен объяснит свои слова.
– Перераспределение богатства поровну сделает всех одинаково обеспеченными и счастливыми, – начал лорд Эдмонд, – наступит невозможное – рай на земле.
Эта идея так же глупа и так же стара, как мир."
"– Конечно, – мистер Бисли огляделся по сторонам в поисках поддержки, – спикер, как один из самых состоятельных и привилегированных людей, может многого лишиться при новом строе. То же самое можно сказать о большинстве присутствующих в этой комнате. Однако почти всем из нас присущ дух человечности и справедливости.
– Дух коровьего дерьма, – высказался лорд Эдмонд.
