Один против целой дюжины — Глен бьется достойно. Каждое движение, каждый взмах меча и прием похож на замысловатый танец. Потрясающе, как такое далекое от искусства занятие может быть настолько красивым! Убийственно прекрасный герцог лишает оружия одного воина за другим.
Противники побеждены и отступают, тяжело дыша, Глен опускает свой клинок острием вниз, рукавом другой руки вытирая с лица пот.
Стремительно краснеют щеки, я, кажется, начинаю понимать, о чем говорила Амалия. Рубашка герцога вымокла от пота и прилипла к телу.
Это что, мифические шесть кубиков пресса виднеются под белой тканью?
— Ваше сиятельство? — робко зовет Дакота, одна из горничных, только тогда я немного отмираю и понимаю, что застыла столбом на месте, уперевшись взглядом в одну конкретную точку.
Резкий порыв ветра ударяет в спину и уносит шляпку с моей головы. Аккурат под ноги моему супругу. Он наклоняется, я жадно слежу за каждым его движением и забываю как моргать. Вид, будем честны, открывается во много раз лучше того, что я наблюдала в доме вдовы совсем недавно.
22
— Ева? — в который уже раз, интересно, дозывается меня герцог, пока я наконец не моргаю и не возвращаю себе рассудок.
— А? — тянусь взять из рук мужа улетевшую шляпку, но Глен улыбается и, качая головой, собственноручно водружает мне беглянку на голову. — Эм, спасибо.
— Пожалуйста. Как прошло чаепитие?
— Весьма неплохо. А десерт вообще выше всяких похвал.
Супруг улыбается, дает отмашку рыцарям продолжать тренировку, передает подбежавшему парнишке свой меч и забирает у него полотенце, которым сразу же вытирает с лица пот.
Я же тем временем слежу за его действиями и стараюсь делать вид, что чужие взгляды меня не волнуют. Мужчины бывают охочи до сплетен и зрелищ похлеще дам. Ничего незаконно не совершаю, это мой законный муж, не абы кто! Находиться с ним рядом, вдыхать аромат душистого мыла с древесными нотками вперемешку с запахом пота от мужского разгоряченного тренировкой тела, вести чинную беседу и получать в свой адрес улыбки совсем незазорно.
— О, слухи о том, что вдова, образно выражаясь, увела из-под носа повариху графа дошли и до моих ушей. Должно быть, угощение удалось на славу.
Я давлю смешок, вспомнив о пире для глаз, и решаю умолчать об этой детали. На всякий случай, чтобы не обидеть и не выдать мужчине секреты дамских салонов мадам Уолберг.
— Кстати об угощении, его и для тебя передали, — показываю на корзинку в руках Эмили.
