Наевшись досыта и отшлифовав все чаем, я надеваю одно из принесенных вчера в кульке платьев — непримечательное коричневое — которое после ухода Эмили после ужина я сполоснула несколько раз и повесила сушится на перила лестницы.
Нижняя сорочка с пятном от пролитого чая отправляется в корзину для белья к остальным, добытым непонятно, где, горничной, нарядам моды двадцатилетней давности. Стиркой займемся позже, сначала нужно хорошенечко убраться.
И непременно я обязана вечером принять ванну. По-хорошему, нужно было еще вчера, но слишком много потрясений случилось за день.
И я еще не разобралась, как добыть горячую воду, с крана течет только холодная."
"Остатки завтрака Эмили убирает на кухню, осталось еще полно еды, можно приспособить ее на ланч, и мы приступаем к уборке.
На первом этаже помимо просторной гостиной, имеется соединенная со столовой небольшая кухня, ванная, коморка для всякой всячины, и чулан под лестницей. Вчера гостиную и я более-менее в порядок привела и первым делом веду Эмили на второй этаж бороться против грязи в самой большой, и соответственно, главной спальне дома.
Еще одну ночь на диване провести я не желаю. Постельное белье отправляется к остальной куче, приговоренной к стирке, одеяла и подушки получают хорошего шапалака на улице и остаются проветриваться и просыхать под погожими солнечными лучами, и нам нужно только хорошенько пройтись тряпками по всем поверхностям, очистив комнату от пыли. Но и на это дело уходит немало времени.
В спальне на комоде обнаруживаются часы, которые — ура — работают; когда мы заканчиваем с уборкой этой комнаты, маленькая стрелка приближается к одиннадцати.
К счастью, домик, так называемая остальными обитателями поместья пристройка, небольшой. Не представляю, сколько бы я убила сил в одиночку отмывая если не всю резиденция герцога, но даже один из трех его этажей. Умереть не встать, вот вам и ответ, зачем столько слуг и почему они так все время заняты. Хотя, это не оправдание. Далеко не оно. За ночь в голове у меня сложилась картинка того, каковым положение новой герцогини видится местным обитателям, и — другого варианта быть не может — экономка Фрида вчера специально дала мне понять, как мне тут не рады.
Не зря же я служанку ждала целый день, и никто мне, пока не прозвучала просьба, даже еды не принес. Более чем наглядный урок, чтобы не зарывалась и сидела тихо. Да пожалуйста, пятки мои будут сверкать отсюда через год, если ничего не поменяется.
Только эти перемены пусть сам герцог начинает.
