— Хорошо, Амалия, я сделаю вид, что ты крайне рада моей компании, а не потому, что рядом со мной, внимание к новой герцогине может перепасть и на твою персону.
— Хех, а вы догадливая, — усмехается девица, кивая приветственно одному из подглядывающих в нашу сторону мужчин, отчего тот спотыкается на ровном месте. — Ну хорошо, я ослаблю хватку, только обещайте не убегать.
Компания этой хитрой леди мне оказывается только на руку. Чаепитие у мадам Уолберг только подстегнуло ко мне интерес среди тех, кто на нем не присутствовал.
Ни бала, ни приема в мое честь не проводилось — Глен против таких пиршеств. И как я поняла, прожив здесь три месяца, южане не приветствую настолько расточительные и масштабные сходки, предпочитая проводить время в более узких кругах — чай не столица с ее праздностью и аристократией с лопающимися от золота карманами.
Конечно, турнир исключение из правил. Посему к нему такой повышенный интерес. А ко мне, новой молодой герцогине, и того подавно.
Уже на третьей склонившей передо мной голову леди я начинаю теряться в именах и титулах. Охота еще не началась, а я уже отчаянно хочу домой. Боги, да я в столице и дня бы не продержалась! Совсем не по мне эти бесконечные собрания и праздники.
— Да, рада знакомству, — лепечу в который раз, приклеивая к губам улыбку, тщетно отмечая про себя, что образовавшаяся вокруг меня толпа из разодетых в пышные платья девиц не становится реже.
— Это леди Саманта, ее отец владеет портными лавками по всему герцогству, — подсказывает на ухо Амалия.
— Ваше сиятельство, — опускается в реверансе молодая блондинка.
— Леди Саманта, — киваю я высокопарно, поправляя на голове шляпку. Герцогиня я или кто?
— Следующая — госпожа Пимена и ее муж лорд…
Этим знакомствам нет конца.
Пощадите! Социализации для такой скромной затворницы как я более чем предостаточно!
Сжимаю в кармане платья атласную ленточку.
Если так и дальше пойдет, то я так и не смогу отдать ее Глену. Конечно, это вовсе не обязательно, но…мне хочется. Могу же я позволить себе подобную малость?
— Что это за шум? — Амалия ведет головой, словно напавшая на запах собака-ищейка.
— Ты о чем?
Я прислушиваюсь.
Действительно. Топот множества копыт и звон доспехов.
Неужели, повстанцы? Где мой супруг? Оглядываю с замиранием сердца толпу, вставая на носочки.
