Не великое дело!
Я фыркаю от смеха, сердечная благодарность пополам с признательностью рассеивается с одной этой фразой.
Обещание герцога действительно на дороге не валяется. Только, я не думала, что оно так быстро воплотится в реальности.
— Не стоит меня благодарить. От тебя благодарности я не приму. Это вовсе не милость и не подаяние — не то, что я делаю, претерпевая какие-то убытки или потери, за которые стоит испытывать признательность.
Понятливо киваю. Что ж, слово мужчины — золото, но его гордость — самый редкий алмаз.
— Но…я действительно не хотел тебя разочаровать. Поэтому сейчас очень рад, — черные глаза Глена сверкают так, что на мгновение забываю о том, чтобы дышать и пропускаю вдох.
Мне хочется спросить, отчего герцог так боялся меня разочаровать, но…я продолжаю молча пить чай, опустив глаза и спрятав за упавшими на лицо волосами порозовевшие щеки.
Я не разочаруюсь. Зачем мне в нем разочаровываться? Я изначально не должна чего-то ожидать, поэтому и разочаровываться не из-за чего. Так ведь?
Но…почему я? Почему ему не хочется разочаровывать именно меня? До этого момента подобных порывов в отношении других людей я у него не замечала.
Встаю из-за стола, бросив на опустевшую тарелку салфетку с колен. Не время унывать и окунаться в пучину мыслей — напрасная трата такого замечательного дня.
— Идем, — тяну Глена, пряча хитрую улыбку."
"Волны накатывают на песок в своем собственном ритме, шепча нам о том, как чудесны их воды.
Отпускаю руку его сиятельства, задираю юбку выше колен и захожу, поддаваясь призыву.
Парное молочко, а не вода! Смотрю вниз, как мои голые ноги облизывает морская пена, сжимая ткань в руках. Муж глядит на меня с нечитаемым выражением на лице. Злится?
— Море и любовь педантов не терпят. Глен, не смотри так, мы же здесь одни! — кричу за плечо мужчине, заходя глубже.
Ну о каких приличиях можно говорить, когда я впервые на пляже? Подумаешь, юбка, платье…я бы сейчас с радостью надела бикини, и плевать на всех вас, чопорные средневековые жители!
Поворачиваюсь спиной к горизонту, с улыбкой пытаясь прочесть реакцию мужа, и неловко подставляюсь стихии.
Герцог вздергивает бровь и угрожающе идет ко мне, распластавшейся попой на бережке после того, как особенно сильная волна сбила с ног и выплюнула на мелководье.
Я поднимаюсь и снова захожу в море, смеюсь, так легко и свободно на душе мне не было никогда. Хотя, может, в далеком детстве, которого я почти не помню…Нет никаких хлопот, никаких ненужных дум, проблем и волнений.
